Романс «На заре ты её не буди» Александра Варламова на стихи Афанасия Фета. История создания

Афанасий Афанасьевич Фет (1820—1892), русский поэт, переводчик, мемуарист, член-корреспондент Петербургской Академии Наук (1886).

Романс «На заре ты её не буди», по свидетельству поэта и литературного критика Аполлона Григорьева, уже в 1840-е годы, то есть через несколько лет после его появления на свет, был «песнею, сделавшейся почти народною». Однако, несмотря на этот факт, у нас есть не так уж много сведений об истории его создания.

Достоверно известно, что стихотворение Афанасия Фета было написано в 1842 году и опубликовано в журнале «Москвитянин» (№ 5, 1842). В том же году певец Московской императорской труппы А. О. Бантышев попросил Александра Варламова написать к нему музыку. Обычно этот эпизод из жизни нашего замечательного композитора передаётся в виде анекдота. Например, в рассказе «Знаменитый романс» из книги В. Востросаблина «Жизнь замечательных людей. Музыканты: анекдоты, курьёзы, истории».

Варламов Александр Егорович (1801—1848), русский композитор, певец. Мастер вокальной лирики. Его музыка основана на интонациях русской народной песни и городского романса. Около 200 романсов и песен: «Вдоль по улице метелица метет», «Красный сарафан», «На заре ты ее не буди».

Варламовские романсы пользовались большой любовью московской публики и моментально разлетались по всему городу. Близкий приятель Варламова солист Большого театра Бантышев долгое время упрашивал композитора написать для него романс.

Назывался романс «На заре ты её не буди».

Действительно, в короткий срок романс прославился не только в России, но и за её пределами. Об этом есть свидетельство одного из его авторов — Афанасия Фета, который во время заграничного путешествия 1844 года записал в своём дневнике:

Из Штетина до Свинемюнде мы доехали на речном прусском пароходе под звуки весьма плохого оркестра, пилившего в угоду русским путешественникам Варламовское «На заре ты ее не буди…»

Романс «На заре ты её не буди». Ноты

Ноты романса «На заре ты её не буди» Александра Варламова на стихи Афанасия Фета.

Инструмент: ноты для голоса и аккордовая цифровка;

Тональность: ля минор;

Уровень сложности: начальный;

Источник: В. Манилов. Учись аккомпанировать на шестиструнной гитаре. Киев, 1988.

Изображение кликабельно. Нажмите на него, чтобы открыть ноты увеличенного размера в новом окне.

Романс «На заре ты её не буди». Текст

На заре ты ее не буди,
На заре она сладко так спит;
Утро дышит у ней на груди,
Ярко пышет на ямках ланит.

И подушка ее горяча,
И горяч утомительный сон,
И, чернеясь, бегут на плеча
Косы лентой с обеих сторон.

А вчера у окна ввечеру
Долго, долго сидела она
И следила по тучам игру,
Что, скользя, затевала луна.

И чем ярче играла луна,
И чем громче свистал соловей,
Всё бледней становилась она,
Сердце билось больней и больней.

Оттого-то на юной груди,
На ланитах так утро горит.
Не буди ж ты ее, не буди,
На заре она сладко так спит!

1842

Романс «На заре ты её не буди». Слушать онлайн. Видео

Романс «На заре ты её не буди» («На заре ты её не буди, На заре она сладко так спит») Александра Варламова на стихи Афанасия Фета. Исполняет Нина Терентьева.

Песня «Баллада о Малой земле» Евгения Жарковского на стихи Льва Кропоткина

История

Евгений Эммануилович Жарковский (1906—1985), советский композитор. Народный артист РСФСР (1981). Музыкальные комедии «Морской узел», «Дорогая моя девчонка», «Мост неизвестен», «Чудо в Ореховке» и др. Песни «Прощайте, скалистые горы», «Ласточка-касаточка», «Женька», «Талисман» и др.

В Советском Союзе Леонид Ильич Брежнев был не только Генеральным секретарем Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза, Председателем Президиума Верховного Совета СССР, четырежды Героем Советского Союза и Героем Социалистического Труда, но также «выдающимся деятелем Коммунистической партии и Советского государства, международного коммунистического и рабочего движения, крупным теоретиком и талантливым организатором», вся «большая, яркая жизнь» которого «была без остатка отдана великому делу Октября, партии Ленина, интересам трудового народа, строительству коммунизма».

Конечно, Леонид Ильич не был выдающимся деятелем, теоретиком и организатором уровня Ленина или Сталина, но с другой стороны, не был он и самовлюбленным дураком, вроде непосредственного своего предшественника Хрущева. Средний, надежный, стабильный. Однако официальная пропаганда так не считала, приписывая Брежневу все возможные и невозможные заслуги не только в области политики, но и в области литературы.

За трилогию мемуаров — «Малая земля», «Возрождение» и «Целина» — в апреле 1980 года Брежневу была присуждена Ленинская премия по литературе. Общий тираж каждой книги составил 15 миллионов экземпляров. Трилогия была переведена на многие языка и пополнила фонды национальных библиотек 120 стран мира. На Центральном телевидении мемуары читал Вячеслав Тихонов. Фирма «Мелодия» издала «Малую землю» в виде аудиокниги. Изучение воспоминаний было внесено в школьную программу по литературе.

Народ реагировал на подобные мероприятия по «повышению авторитета» генсека определенным образом. Смехом.

Переделывая известные песни. Например, песню Давида Тухманова на стихи Владимира Харитонова «Остановите музыку»:

Остановите Брежнева, остановите Брежнева,
Прошу вас я, прошу вас я,
Сожгите книгу «Малая земля».

Рассказывая анекдоты, подобные этому:

— Вы принимали участие в Великой Отечественной войне?
— Да.
— Так почему же тогда отсиживались в окопах Сталинграда, а не воевали на Малой Земле?!

или этому:

Говорят, что в Москве открылась новая станция метро — «Брежневская» с выходом на Малую землю.

Кропоткин Лев Израилевич (настоящая фамилия Кропп), русский советский поэт. Автор поэтических сборников «Посредине жизни», «Узелки», а также многих популярных песен, написанных в соавторстве с композиторами Е. Жарковским, Л. Печниковым, Э. Соркиным и др. Песни на стихи Льва Кропоткина исполняли И. Кобзон, В. Толкунова, Ю. Гуляев, В. Трошин.

В общем, советская пропаганда, добилась обратного эффекта. Слово «Малая земля» стало ассоциироваться в массовом сознании с чем-то несерьезным и комическим, стало синонимом псевдоучастия в Великой Отечественной войне. А зря.

Сейчас, когда застойные брежневские годы и неумеренные славословия уже далеко в прошлом, мы можем беспристрастно взглянуть на то время и увидеть в нем действительный героизм бойцов (численностью всего-то 271 человек!) отряда морской пехоты 18-й армии, которые, захватив 4 февраля 1943 года плацдарм «Малая земля» на берегу Цемесской бухты, обороняли его в течение 225 дней, что сыграло немалую роль в освобождении Новороссийска от фашистов 16 сентября 1943 года. Увидеть и героизм начальника политотдела 18-й армии полковника Брежнева, который 40 раз под огнём противника переправлялся на плацдарм на десантных кораблях, лично участвовал в боевых действиях на передовой, заменил погибшего пулемётчика и огнём сдерживал идущего в атаку противника.

Эти события получили воплощение не только в мемуарах генсека, но и в советских песнях.

В 1975-м году на концерте «Песня-75» Муслим Магомаев исполнил «Малую землю» Александры Пахмутовой на стихи Николая Добронравова. Затем были написаны и другие песни: «Защитники Малой Земли» Б. Терентьева; «На Земле, на Малой» Б. Карамышева; «На Малой Земле» В. Левашова; «Маки на Малой Земле» Г. Плотниченко; «Десант на Малую Землю» и «Мы с Малой Земли» В. Морского; «Мы с огненной Малой» Н. Черной; «Малая Земля» Е. Королевой и многие другие.

Песня «Баллада о Малой Земле» композитора Евгения Жарковского на стихи Льва Кропоткина скорее всего была написана в 1976-м году к 75-летию Брежнева, хотя не исключена и более поздняя дата. Во всяком случае, она присутствует в сборнике песен Евгения Жарковского 1983 года, в котором первая ее публикация датируется 1979 годом.

Песня «Баллада о Малой земле». Ноты

Ноты песни «Баллада о Малой земле» Евгения Жарковского на стихи Льва Кропоткина.

Инструмент: ноты для голоса и фортепиано (баяна), аккорды;

Тональность: до минор;

Уровень сложности: средний;

Источник: Евгений Жарковский. Избранные песни. Москва, издательство «Музыка», 1983.

Изображение кликабельно. Нажмите на него, чтобы открыть ноты увеличенного размера в новом окне.

Песня «Баллада о Малой земле». Текст

Черное море штормит за спиною,
Горы синеют вдали…
Нашей судьбою, взятою с боем,
Стал пятачок этой жесткой земли,
Жесткой земли.

Здесь породнились мы в грозное время,
Кровь обагрила поля…
Алую землю, Малую землю
Слышишь ты сердцем, Большая земля!

ПРИПЕВ:
Нам не забыть отваги матросской.
Здесь каждый тополь — живой обелиск
На Малой земле, на узкой полоске,
С которой навеки срослись!

Шорохи бродят во мгле предрассветной,
Горькие травы в росе…
Здесь в сорок третьем жили Победой,
Жили — да только дожили не все,
Дожили не все…

Снова бушует упрямая зелень,
Щедрую осень суля.
Милую землю, Малую землю
Вновь обнимает Большая земля.

ПРИПЕВ:
Нам не забыть отваги матросской.
Здесь каждый тополь — живой обелиск
На Малой земле, на узкой полоске,
Где горечь и гордость сплелись!

1976 (?)

Анекдоты из жизни Дмитрия Шостаковича

Проще простого!

Дмитрий Дмитриевич Шостакович (1906—1975), русский советский композитор, классик русской и мировой музыки XX века. 15 симфоний, оперы «Нос», «Леди Макбет Мценского уезда», «Игроки»; балеты «Болт», «Золотой век», «Светлый ручей»; 15 струнных квартетов; музыка к кинофильмам и другие произведения.

Шостакович так был устроен, что зимой он почти ничего не сочинял, зато много обдумывал будущие сочинения. Вдохновение же к нему приходило летом и поздней осенью. Процесс нотной записи происходил у него очень быстро, как правило без помарок и без исправлений. Советы друзей по поводу новых сочинений он выслушивал, но изменений почти никогда не вносил. Как-то газетный репортер долго допытывался у Дмитрия Дмитриевича:

— Ну как же все-таки вы сочиняете?

— Очень просто, — отмахивался Шостакович.

— Но как — «просто»? Такие сложные музыкальные произведения разве могут быть написаны просто? Расскажите, как у вас происходит сам процесс?..

— Ах, процесс!.. Процесс, молодой человек, у меня происходит так: я беру бумагу, перо и чернила, сажусь, макаю и пишу, макаю и пишу…

О переименованиях

Не заслоняйте!

Однажды Шостакович присутствовал петиции в Большом зале консерватории. Впереди него сел композитор Шапорин и спросил:

— Митя, я тебе не заслоняю?

— Что, звук? — ответил Шостакович.

Одну минуточку!

Не может быть!..

В шестидесятые годы в Советский Союз приехал из Индии очень богатый и очень знаменитый там композитор. Писал он главным образом музыку к кинофильмам. Случайно познакомившись с Шостаковичем, восточный гость как-то в беседе спросил:

— А сколько вы платите вашему помощнику?

— Какому помощнику? — удивился Шостакович.

— Ну тому, кто записывает ваши мелодии…

— Я сам записываю свою музыку, — сказал Шостакович.

— Как? — поразился гость. — Вы даже ноты знаете?

Хор прокуроров

Источник: Востросаблин В. Жизнь замечательных людей. Анекдоты, курьёзы, историии. Музыканты. М., 1999.

История, мифы, легенды Васильевского острова

Песня «Васильевский остров». Слушать онлайн

Песня Сергея Григорьева «Васильевский остров». Фото Валерия Пятинина. 2003 г.

Песня «Васильевский остров». Текст

Сколько лет… Это очень непросто…
Но, наверно, я вспомню опять
Академию, Сфинксов, Васильевский остров,
Где мы часто любили гулять.

У дворца фаворита Петрова,
У Невы, у Ростральных колонн
Я пытался найти подходящее слово,
Повторяя, что снова влюблён.

А потом, тишины не нарушив,
Промолчав у Невы до утра,
Ты хотела спасти мою грешную душу
В этой церкви, что помнит Петра.

Были дни и длинней и короче,
Без обиды, без боли, без слов,
Без надежды понять эти Белые ночи
И печаль разведённых мостов.

Всё менялось в безоблачной сини
Над закованной в камень рекой
Среди старых домов и васильевских линий,
Нарисованных чьей-то рукой.

Мимо здания древних Коллегий,
Мимо Стрелки и невского льда
Пронеслось наше счастье в стремительном беге
И ушло, как сквозь пальцы вода.

2003

Наверное, многим жителям Петербурга да и тем, кто время от времени посещает Северную столицу, хорошо знакомы достопримечательности Васильевского острова. Однако, как нам представляется, будет нелишним немного рассказать о тех из них, которые упоминаются в песне.

1. Васильевский остров

Памятник бомбардиру Василию Корчмину на Васильевском острове (скульпторы Лукьянов Г. В., Сергеев С. В., 2003). Фото В. Пятинина

Васильевский остров — один из самых старых районов Петербурга, оставивший след не только в истории, но и в городском фольклоре Северной столицы. С ним связано немало мифов и легенд. Говорят, что жившие в далёкой древности волхвы совершали здесь свои таинственные обряды, поселившийся недалеко от Двора Духов художник Николай Рерих проводил спиритические сеансы, а из лаборатории Вильгельма Пеля по ночам вылетали грифоны, вызванные к жизни магическим искусством знаменитого аптекаря. Но самая любопытная, с исторической точки зрения, легенда связана с названием острова.

Действительно, почему именно Васильевский, а не, к примеру, Алексеевский, Романовский, Нарышкинский? Городской фольклор отвечает на этот вопрос следующим образом.

Давным-давно жил здесь рыбак Василий вместе с женой Василисой, по имени которых и стал называться безымянный остров. Согласно другой легенде, название произошло от искажённого финского Vasikka-saari, что в переводе означает ,«Телячий остров». Но самая распространённая городская легенда связана с именем первого российского императора — Петра Великого.

Если верить этой легенде, в петровские времена на острове располагалась артиллерийская батарея под начальством Василия Корчмина, которому Пётр посылал приказы в виде записок, начиная свои послания коротко и ясно:

«К Василию на остров».

Интересная версия, однако на самом деле остров стал называться Васильевским или Васильевым гораздо раньше. В Переписной окладной книге Водской пятины Великого Новгорода он упоминается уже в 1500 году, а название его скорее всего происходит от имени одного из новгородских посадников: Василия Селезня, Василия Казимира или Василия Ананьина.

2. Закованная в камень река. Нева

Наводнение в Петербурге. Вышина воды 7 ноября 1824 года. На фотографии хорошо видно, наскалько высоко стояла вода.

Как известно, Санкт-Петербург расположен по обоим берегам реки Невы при её впадении в Финский залив, где она образует разветвлённую дельту с многочисленными малыми реками, протоками и каналами.

Сегодняшний облик самой главной водной артерии Петербурга трудно представить без её каменного убранства — гранитных набережных. Однако подобный наряд река получила не сразу. Хотя попытки «заковать» Неву в камень делались ещё при Петре I, к планомерному строительству набережных приступили только после восшествия на престол Екатерины II. В 1763–1788 годах появилась набережная «от Галерного двора до Литейного дома», затем были построены остальные.

Строительство набережных преследовало не только эстетические цели. С первых месяцев существования одной из главных проблем Петербурга была проблема наводнений. Первое было уже в августе 1703 года, а за всю историю города их насчитывается более трёхсот.

С научной точки зрения в этом природном явлении нет никакого секрета, однако вот что интересно: самое значительное и разрушительное наводнение 7 (19) ноября 1824 года, когда вода поднялась выше ординара на 4 м. 21 см., повторилось ровно через сто лет, 23 сентября 1924 года (уровень воды — 3 м. 80 см.).

Мистика? Посмотрим, что будет в 2024 году.

3. Разведённые мосты

Василий Семёнович Садовников (1800—1879). Вид Благовещенского моста с набережной Васильевского острова. 1851

Разведённые мосты — один из символов Петербурга, Петрограда, Ленинграда. Однако так было не всегда. Дело в том, что до середины XIX века сообщение между левым берегом Невы и Васильевским островом просходило следующим образом: летом строились наплавные понтонные мосты на деревянных барках-планшкоутах, которые разводились для прохода судов, а зимой прокладывались дороги по льду. Первый постоянный — Благовещенский — мост был построен только в 1850 году по проекту инженера Станислава Кербедза и архитектора Александра Брюллова. С ним связана одна из петербургских легенд.

За время строительства моста карьера одного из его создателей пошла в гору: майор Кербедз стал генерал-майором Кербедзом. Этому придумали довольно оригинальное объяснение. Якобы Николай I приказал повысить Кербедза на столько воинских званий, сколько пролётов будет иметь новый мост. Нетрудно понять, насколько фантастичен подобный рассказ.

Благовещенский мост имеет восемь пролётов, и если бы майора Кербедза должны были повысить на восемь званий, то он бы должен был стать на одну ступень выше русского императора, который и отдал это распоряжение.

В завершение упормянем и такой факт, связанный с событиями Октябрьской революции. Вечером 25 октября 1917 года за Благовещенским мостом стоял знаменитый крейсер «Аврора», из носовой пушки которого в 21:40 был дан холостой залп, послуживший сигналом к началу штурма Зимнего дворца.

4. Невский лёд

Река Нева и Васильевский остров зимой. Невский лёд. Фото В. Пятинина

Невский лёд играл в жизни петербуржцев огромное значение.

Мы уже говорили о том, что до середины XIX века не существовало постоянных мостов через Неву, и поэтому в зимнее время жителям Васильевского острова приходилось переправляться на левобережье по льду замёрзшей Невы. Более того, такой способ перемещения по городу был популярен у петербуржцев даже с появлением постоянных мостов и современных видов транспорта: ещё в конце XIX—начале ХХ веков замёрзшую реку пересекали не только в санях и каретах, но и на трамвае, по проложенным через невский лёд рельсам.

Невский лёд связан также с некоторыми петербургскими традициями.

Зимой на Неве устраивались катки и горки для катания на санках, а перед Зимним дворцом в праздник Крещения Господня делалась прорубь «Иордань» для освящения воды.

В петровское время, после ледостава, один из придворных шутов возвещал об открытия санного пути барабанным боем, переходя реку в каком-нибудь «странном наряде», а о вскрытии главной водной артерии Петербурга возвещали три выстрела пушки Петропавловской крепости. С тех же самых времён существовала и другая традиция, связанная с началом навигации.

В день вскрытия Невы комендант Петропавловской крепости садился в лодку и выезжал на середину реки, чтобы наполнить хрустальный кубок невской водой. Затем он направлялся в Зимний дворей и преподносил этот кубок императору. Данная традиция просуществовала до начала ХХ века.

5. Васильевские линии

Генеральный план Санкт-Петербурга, предложенный Жаном Леблоном. 1717 г.

Одной из особенностей Васильевского острова является отсутствие улиц. Нет, улицы, конечно, есть, но называются они по-другому — линии, различающиеся по номерам: 1-я, 2-я и т.д. И этому есть своё объяснение.

Как известно, на острове Пётр планировал построить административный центр новой столицы, прератив его в некое подобие Венеции или Амстердама. А какая Венеция или Амстердам без каналов? Поэтому согласно плану, разработанному архитектором Жан-Батистом Александром Леблоном (1679—1719), с запада на восток было проложено три длинных прямых проспекта (Большой, Средний и Малый), который должны были пересекать водные каналы-линии. После смерти Петра, когда центр города переместился на левый берег Невы, от этой идеи отказались, а несколько вырытых к тому времени каналов засыпали.

Такова вкратце настоящая история Васильевских линий. Посмотрим теперь, что говорит фольклор. А он связывает отказ от проведения каналов с именем свтелейшего князя Александра Даниловича Меншикова (1673—1729) — друга и ближайшего сподвижника Петра Первого, генералиссимуса, первого генерал-губернатора Санкт-Петербурга, а также человека нечистого на руку.

В это время Меншиков строил свой собственный дворец, как говорили злые языки, на деньги, выделенные для строительства каналов. Поэтому и распорядился Александр Данилович рыть их уже и мельче тех, что предусматривал проект Леблона. И даже царь, приехавший с инспекцией на место работ, измерив их ширину и сравнив с шириной амстердамских каналов, убедился, что никакой Венеции или Амстердама построить не удастся. Каналы Пётр приказал засыпать, предварительно прогулявшись своей дубинкой по спине фаворита.

6. Старые дома

Памятник Доменико Трезини на Университетской набережной. Скульптор Павел Игнатьев, архитектор Павел Богрянцев. 2013 г. Фото В. Пятинина

Среди домов Васильевского острова встречаются, можно сказать, ровесники города. Например, дом одного из первых петербургских архитекторов — Доменико Андреа Трезини (1670—1734), построенный по его собственному проекту. Перед ним в феврале 2014 года был открыт несколько необычный памятник знаменитому швейцарцу, автор которого, скульптор Павел Игнатьев, на вопрос о том, почему он изобразил Трезини иронично, ответил следующим образом:

А он никому не нужен таким, каким он был. Трезини оставил два абсолютных бренда Петербурга: колокольню Петропавловского собора и здание Двенадцати коллегий. И поза с откинутой головой говорит:

«Вот вам! Ничего себе получилось!»

7. Церковь, что помнит Петра

Андреевский собор на Васильевском острове. Фото В. Пятинина

Наверное, в настоящее время практически невозможно найти подобное культовое сооружение, однако память о первом русском императоре долгое время хранила предшественница нынешнего собора св. апостола Андрея Первозванного. В 1732 году на его месте стояла деревянная церковь, в которую перенесли иконостас из домовой церкви Меншиковского дворца, где часто бывал Пётр Великий.

В 1744 году церковь получила статус собора, а 4 июля 1761 года сгорела в пожаре после удара молнии. Спустя два года строительство нового храма, на сей раз из камня, начал Александр Вист (1722—1794), которого нельзя назвать самым удачливым зодчим из тех, что работали в Петербурге.

Во время строительства собора рухнул уже возведённый купол, что послужило причиной ареста архитектора. И хотя прямых доказательств его вины не нашли, а причиной аварии посчитали некачественный кирпич, Виста отстранили от дальнейшей работы над проектом.

Другой не менее известный проект архитектора — Ботный домик в Петропавловской крепости, созданный специально для «дедушки русского флота» — ботика Петра I, на котором будущий император постигал азы морского дела, плавая по Плещееву озеру. Здесь Александра Францевича постигла неудача иного рода. Когда домик был уже построен, оказалось, что внести ботик внутрь не представляется возможным из-за слишком узкого дверного проёма.

8. Академия

Здание Академии художеств на Васильевском острове. Фото В. Пятинина

В самом конце Университетской набережной Васильевского острова расположено здание Академии художеств, построенное в 1764—1788 годах по проекту архитекторов Александра Кокоринова (1726—1772) и Жан-Батиста-Мишеля Валлен-Деламота (1729—1800).

С именем Александра Филипповича Кокоринова, который был не только строителем, но и профессором, а также ректором Академии художеств, связана следующая легенда.

Говорят, что архитектор был обвинён в хищении казённых средств, «стал худеть, задумываться, заговариваться, и, в припадке меланхолии» повесился на чердаке своего детища. С тех самых пор по коридорам Академии гуляет призрак ректора, являясь время от времени нерадивым студентам.

Конечно, это не более чем легенда. На самом деле Кокоринов умер от водянки.

9. Сфинксы

Сфинксы на Университетской набережной. Фото В. Пятинина

Напротив Академии художеств на пристани находятся две скульптуры Сфинксов. Это настоящие египетские сфинксы XIV веке до н. э. с лицом фараона Аменхотепа III. Они были найдены при раскопках на территории его заупокойного храма в Фивах, куплены в Александрии и привезены в Петербург. С 1834 года Сфинксы стоят на Университетской набережной.

Многие жители Васильевского острова приписывают Сфинксам мистические свойства, считая, что выражение их лиц может меняться в течение дня от каменно-равнодушного до зловещего, да и вообще, если смотреть на этих стражей царства мёртвых достаточно долго, можно впасть в полуобморочное состояние с галлюцинациями и странными видениями или просто потерять рассудок. Впрочем, по мнению других не менее мистически настроенных петербуржцев Сфинксы надёжно охраняют город от тёмных сил.

10. Дворец фаворита Петрова

Дворец А. Д. Меншикова на Васильевском острове. Фото В. Пятинина

Дворец фаворита Петрова это дворец вышеупомянутого Александра Даниловича Меншикова, который жил здесь до своей опалы и ссылки в Сибирь (1727). В 1731 году во дворце разместили Сухопутный кадетский корпус, а в 1981 году его передали музею Эрмитаж.

Как мы уже сказали, на Васильевском острове Пётр планировал создать административный центр своей будущей столицы, однако петербуржцы не очень охотно селились на заболоченной территории. Надеясь активизировать застройку острова, царь дарит его Меншикову. И здесь Пётр конечно же не ошибся.

На Меншиковскиом или Княжеском (так одно время назывался Васильевский) острове развернулось широкомасштабное строительство резиденции фаворита с огромной усадьбой, службами и парком, соединёнными со взморьем дорогой, ставшей впоследствии Большим проспектом. Всего же на строительство дворца архитекторы Джованни Мария Фонтана (1670—1712?) и Готфрид Иоганн Шедель (1680—1752) потратили целых одинадцать лет (1710—1721).

И дворец получился большим и роскошным, украшенным позолотой, гобеленами, венецианскими зеркалами, хрустальными люстрами, стульями и диванами из красного дерева, инкрустированными столами на позолоченных ножках. Здесь проходили знаменитые петровские ассамблеи, придворные церемонии, дипломатические приёмы, шумные пиры и празднества «птенцов гнезда Петрова», поскольку царский дворец был намного скромнее меншиковского. Но Пётр не завидовал своему фавориту. Напротив ему даже доставляло удовольствие смотреть на расточительность Меншикова, и участникам шумного и расточительного застолья не раз приходилось слышать из уст царя фразу:

«Вот как Данилыч веселится!»

Впрочем отношения монарха с фаворитом не всегда складывались столь безоблачно. Имея от природы блестящий ум, превосходные таланты администратора, храбрость и решительность, много раз проявленные на войне, Меншикову были присущи не менее выдающиеся отрицательные качества: жадность, зависть, коварство, непомерное тщеславие и постоянное желание как можно глубже запустить руку в государственную казну.

Пётр, конечно, не мог не знать о столь пагубном пристрастии своего любимца, которому многое прощал ввиду особого к нему расположения. Но иногда и самодержец терял терпение и приговаривал Данилыча к огромным денежным штрафам, на что тот отвечал характерным лукавством и изворотливостью.

Гольштейн-готторпский резидент в Петербурге Г. Ф. Бассевич рассказывает, что разгневанный Пётр приказал однажды своему любимцу заплатить в казну 200 тысяч рублей. По тем временам это была астрономическая сумма (для сравнения: каменный двухэтажный дом в центре Москвы стоил тогда 500 рублей). После этого приказа, как по мановению волшебной палочки, из дворца Меншикова исчезло всё богатое убранство, что весьма не понравилось царю. Самодержец потребовал объяснений.

Меншиков. Я принужден был продать свои гобелены и штофы, чтобы хотя несколько удовлетворить казенные взыскания!

Пётр. Прощай, в первый твой приёмный день, если найду здесь такую же бедность, не соответствующую твоему званию, то заставлю тебя заплатить ещё двести тысяч рублей.

И действительно, через некоторое время всё вернулось на свои места.

11. Коллегии

Здание Двенадцати коллегий на Васильевском острове. Фото В. Пятинина

Неподалёку от Меншиковского дворца находится здание Двенадцати коллегий, которые Пётр учредил для управления государством, и которые стали прообразом будущих министерств. Архитекторы Доменико Андреа Трезини (1670—1734), Леонард Теодор Швертфегер (около 1680 — после 1738) и Михаил Григорьевич Земцов (1688—1743), сменяя друг друга, строили Коллегии целых 20 лет (1722—1742). После смерти Петра все правительственные учреждения были перенесены на левый берег Невы, а интересующее нас строение с 1837 года стало главным зданием Университета.

Если посмотреть на здание Двенадцати коллегий со стороны Университетской набережной, нетрудно заметить некоторую странность. Коллегии расположены торцом к набережной в отличие от других сооружений, расположенных фасадом. Подобное архитектурное решение Доменико Трезини легко объяснимо: здание должно было стать западной границей будущей центральной площади. Фольклор же объяснил эту аномалию иначе, приписав столь необычную идею хитрости и жадности всё того же Александра Даниловича Меншикова. Согласно одному из преданий дело было так.

Перед отъездом из Петербурга Пётр поручил своему любимцу построить здание Двенадцати коллегий, разрешив в награду за труды взять себе земли, лежащие к западу от будущей постройки. Умный и изворотливый Меншиков рассудил: если здание будет стоять фасадом к Неве, то на его долю достанется лишь узкая полоска прибрежной территории. Поэтому лукавый фаворит и велел развернуть фасад на 90 градусов. Вернувшийся Пётр сильно разгневался, нещадно бил Данилыча перед построенным им зданием, но не стал брать назад своё царское слово.

12. Стрелка

Ансамбль Биржевой площади на Стрелке Васильевского острова. Ростральные колонны. Здание Биржи. Фото В. Пятинина

Стрелка Васильевского острова это то место, где Нева делится на две части — Большую Неву на юге и Малую Неву на севере. С петровского времени и до середины XIX века здесь находился Морской Торговый порт, для размещения учреждений которого был создан один из самых совершенных архитектурных ансамблей эпохи ампира — ансамбль Биржевой площади. Его центром является здание бывшей Фондовой биржи (1805—1810), построенное архитектором Жан-Франсуа Тома де Томоном (1760—1813) по образцу древнегреческого храма Посейдона в Пестуме. Морское назначение здания подчёркивает размещённая на фронтоне скульптура бога морей Посейдона с трезубцем в руке. До недавнего времени здесь размещался Центральный военно-морской музей, с 2012 года Биржа стала частью Эрмитажа, где в скором времени (ориентировочно в 2021 году) появится музей геральдики.

С Биржевым ансамблем стрелки Васильевского острова также связана одна из петербургских легенд.

Идея композиции Стрелки пришла к Тома де Томону за утренней трапезой, когда был подан полукруглый поднос со стоящим точно в центре низким кофейником и двумя высокими симметрично расположенными чашками по краям.

13. Ростральные колонны

Карл Петрович Беггров (1799—1875). Ростральные колонны в XIX веке

На Стрелке Васильевского острова расположены также две 32-метровые Ростральные колонны — символы морских побед России. Их название происходит от латинского слова rostrum — нос корабля, поскольку в Древнем Риме подобные колонны украшались носами побеждённых кораблей. На вершинах колонн установлены треножники с чашами, в которых по праздникам зажигают огонь. До 1957 года в чашах горели смоляные факелы, после к треножникам был подведён газ.

Я не встречал каких-либо преданий или легенд, связанных с Колоннами, хотя и здесь не обошлось без некоторых загадок.

В большинстве учебников по краеведению утверждается, что Ростральные колонны служили маяками Петербургского торгового порта. Скептики возражают, ссылаясь на то, что маяки ставят на берегу моря или океана, а не реки, и всегда ставят один маяк; да и в самом центре Санкт-Петербурга, где невозможно сбиться с курса и сесть на мель, в них вообще нет необходимости.

У подножия Ростральных колонн Тома де Томон расположил четыре фигуры авторства скульпторов Жозефа Камберлена (1756—1821) и Жака Тибо (?), а также каменотёса Самсона Ксенофонтовича Суханова (1768 — после 1840). В той же краеведческой литературе говорится о том, что это аллегории рек Волги, Невы, Волхова и Днепра. Аргументом против подобной трактовки скептики считают отсутствие у двух скульптур сосуда со льющейся из него водой.

Короче говоря, вопрос о том, являются ли фигуры Ростральных колонн аллегориями русских рек, остаётся открытым.

14. Белые ночи

Исаакиевский собор. Стрелка Васильевского острова. Биржа. Ростральные колонны. Фото В. Пятинина

Васильевский остров, равно как и остальной Петербург, полон тайн, загадок и символов, один из которых — знаменитые на весь мир Белые ночи. Наука достаточно легко находит объяснение этому природному явлению, но способна ли она сказать, почему, проходя по петербургским улицам, площадям и набережным прозрачной белой ночью, мы погружаемся в призрачную атмосферу неразгаданной таинственности и романтики. Здесь наука бессильна. Это может сделать только поэзия. Поэтому давайте вспомним пушкинские строки из «Медного всадника», которые так превосходно описывают Белую ночь.

И, не пуская тьму ночную
На золотые небеса,
Одна заря сменить другую
Спешит, дав ночи полчаса.

Сборник «Песни о Ленине и Сталине». Ноты. Тексты. Скачать

Нотный сборник «Песни о Ленине и Сталине». Обложка

Образ Ленина советский гражданин впитывал с детства. Помните анекдот?

Лето. Пионерский лагерь. Ребята младшего отряда гуляют с воспитательницей по лесу и видят ёжика. Воспитательница спрашивает:

— Так вот ты какой, дедушка Ленин!

Такие курьёзные ситуации встречались не только в анекдотах, но и в реальной действительности времён СССР. Вспоминается случай, рассказанный как-то одной старой советской учительницей.

В школе проходит викторина, посвящённая русскому фольклору. Требуется отгадать загадку:

— ЛЕНИН! (правильный ответ — МОЛОТОК)

Короче говоря, Владимир Ильич крепко сидел в советском сознании. «Ленин в тебе и во мне!» — пелось в знаменитой некогда песни Туликова—Ошанина. Более того, вождь мирового пролетариата представлялся пропагандистами и идеологами СССР неким недостижимым идеалом человека, наподобие культурного героя древней мифологии, который показал людям путь истины и счастья.

Не последнюю роль в распространении подобных преставлений сыграло музыкальное искусство СССР, главным образом, советские песни, многие из которых представлены в сборнике «Песни о Ленине и Сталине», который мы предлагаем вашему вниманию.

Сборник «Песни о Ленине и Сталине». Скачать

1. Интернационал

Вставай, проклятьем заклейменный,
Весь мир голодных и рабов!
Кипит наш разум возмущенный
И в смертный бой вести готов.
Весь мир насилья мы разрушим
До основанья, а затем
Мы наш, мы новый мир построим,
Кто был ничем, тот станет всем.

ПРИПЕВ:

Это есть наш последний
И решительный бой,
С Интернационалом
Воспрянет род людской!

Никто не даст нам избавленья —
Ни бог, ни царь и не герой.
Добьемся мы освобожденья
Своею собственной рукой.
Чтоб свергнуть гнет рукой умелой,
Отвоевать свое добро,
Вздувайте горн и куйте смело,
Пока железо горячо.

ПРИПЕВ

Лишь мы, работники всемирной
Великой армии труда,
Владеть землей имеем право,
Но паразиты никогда.
И если гром великий грянет
Над сворой псов и палачей,
Для нас все так же солнце станет
Сиять огнем своих лучей.

ПРИПЕВ

2. Гимн Советского Союза. Музыка А. В. Александрова, слова С. Михалкова и Эль-Регистана

Союз нерушимый республик свободных
Сплотила навеки Великая Русь.
Да здравствует, созданный волей народов,
Единый, могучий Советский Союз!

ПРИПЕВ:

Славься, Отечество наше свободное,
Дружбы народов надежный оплот!
Знамя советское, знамя народное
Пусть от победы к победе ведет!

Сквозь грозы сияло нам солнце свободы,
И Ленин великий нам путь озарил.
Нас вырастил Сталин на верность народу,
На труд и на подвиги нас вдохновил.

ПРИПЕВ

Мы армию нашу растили в сраженьях,
Захватчиков подлых с дороги сметем!
Мы в битвах решаем судьбу поколений,
Мы к славе Отчизну свою поведем!

ПРИПЕВ

3. Святое ленинское знамя. Музыка А. Александрова, слова О. Колычева

Святое Ленинское знамя,
Оно осеняет наш народ.
Оно всегда над нами,
На подвиги нас всех зовет.
Наше сердце в битвах крепче стали,
Но сломить страну большевиков.
Мудрый Ленин и великий Сталин,
Славьтесь во веки веков!
Вожди стальных большевиков,
Вам слава во веки веков!

Родного Ленина заветы
Хранит вдохновенный наш народ.
Живут, цветут Советы,
Отчизна свободная цветет.
Наше сердце, полное любовью,
Мы готовы Родине отдать.
Мы клянемся вам своей любовью,
Сталин и Родина-мать!

Готовы мы сердца отдать
Вам, Сталин и Родина-мать!
Мы славу нашего народа
Сквозь пламень сражений пронесли,
Мы сберегли свободу,
И право, и честь родной земли.
Из сражений вышел невредимый,
Отстоял полей родную ширь
Наш народ, в боях непобедимый,
Русский народ-богатырь!
Хранит полей родную ширь
Советский народ-богатырь!

Цвети, цвети, Страна Советов,
Счастливых народов одна семья!
Как солнцем, ты согрета
Любовью вождя, моя земля!
Наше сердце в битвах крепче стали,
Не сломить страну большевиков.
Мудрый Ленин и великий Сталин,
Славьтесь во веки веков!
Вожди стальных большевиков,
Вам слава во веки веков!

4. Соколы. Музыка В. Захарова, слова народные

На дубу зеленом,
Да над тем простором
Два сокола ясных
Вели разговоры.

А соколов этих
Люди все узнали:
Первый сокол — Ленин,
Второй сокол — Сталин.

Ой, как первый сокол
Со вторым прощался,
Он с предсмертным словом
К другу обращался:

«Сокол ты мой сизый,
Час пришел расстаться,
Все труды, заботы
На тебя ложатся».

А другой ответил:
«Позабудь тревоги,
Мы тебе клянемся —
Не свернем с дороги!»

И сдержал он клятву,
Клятву боевую,
Сделал он счастливой
Всю страну родную.

5. В Смольном. Музыка В. Белого, слова Я. Шведова

Пылали гневно вспышки молний
По баррикадам,
А Ленин встал к штурвалу в Смольном,
С ним Сталин рядом.
Летят, летят во все края России,
Над целым светом
Слова зовущие, простые:
— Вся власть Советам!

Шли смело люди в бой последний,
Гремели трехдюймовки где-то…
Под грозный гул орудий Ленин
Склонился над листом декрета.
И озарило солнце строки лучом багряным:
— Заводы, фабрики — рабочим,
Земля — крестьянам,
Мир — народам!

И в наши годы трудовые
Мы помним свято,
Как шли сквозь вьюги огневые
На штурм солдаты,
Как над страною вспышки молний
В ту ночь сверкали,
Как Ленин встал к штурвалу в Смольном
И с ним был Сталин!

6. Ленинская. Музыка Н. Мясковского, слова А. Суркова

В серых потемках заводов и пашен
Слово твое разгоралось борьбой.
Наши надежды и ненависть нашу
Ты разбудил и повел за собой.

Ты проводил сквозь тюремные ночи
Ленинской гвардии славный отряд,
Первый нарком диктатуры рабочей,
Первый стальной командарм Октября.

Вел ты Республику к солнечной цели,
Сердце и жизнь отдавая борьбе,
В Горках под ропот январской метели
Смерть незаметно подкралась к тебе.

Шли мы в безмолвье за трауром флагов,
Шли молчаливые в скорбном пути
И над могилой давали присягу
Дело твое до конца довести.

7. Песня о Ленине. Музыка А. Новикова, слова Л. Ошанина

На широких приволжских просторах
Городов, словно на небе звезд.
Но один нам особенно дорог,
Где наш Ленин родился и рос.

ПРИПЕВ:

Разгораются новые зори,
И земля зацветает кругом.
Мы к победам на светлом просторе
С мудрым Сталиным смело идем.
Мы к победам на светлом просторе
Имя Ленина в сердце несем.

Чтобы сбросить с народа оковы
И бесправье сломить до конца,
Правды ленинской светлое слово
Созывало на битву сердца.

ПРИПЕВ

Ленин видел великие сроки,
Дал оружье нам в памятный год.
В новый мир — молодой и широкий —
Он повел пробужденный народ.

ПРИПЕВ

В сердце Родины, в сердце едином,
Вечно память о нем горяча.
Мудрый Сталин ведет нас к вершинам
Заповедной мечты Ильича.

ПРИПЕВ

8. У кремлевской стены. Музыка А. Новикова, слова А. Пришельца

У кремлевской стены тихо ели стоят,
Часовые проходят на пост.
Над кремлевской стеной, не сгорая, горят
Пять высоких рубиновых звезд.
А под теми звездами-рубинами —
Твой гранитный, твой бессмертный дом.
И к тебе, родному и любимому,
Мы тропой заветной идем.

ПРИПЕВ:

Ленин — наше знамя!
Ленин вечно с нами!
Для страны родной
Ты всегда живой.
Ленин — наше знамя!
Вечно с нами — Ленин!

Мы в печальные дни у кремлевской стены
Клятву верности дали тебе.
И тебе навсегда мы остались верны
И в труде и в суровой борьбе.
Славный путь прошли с твоим мы именем,
И все ярче свет его лучей.
Весь народ поет свою любимую
Песню о родном Ильиче.

ПРИПЕВ

Это ты научил весь народ трудовой,
Как в борьбе ему счастья достичь.
Вся большая любовь, все, чем сердце полно,
Нами вложено в слово Ильич.
Мы идем упорно и уверенно
Все вперед, с победами вперед!
К коммунизму, по заветам Ленина,
Нас великий Сталин ведет!

ПРИПЕВ

9. Цветет, поднимается край наш огромный. Музыка Б. Асафьева, слова А. Чуркина

Цветет, поднимается край наш огромный,
Горячее солнце над нашим путем.
Мы Ленина любим,
Мы Ленина помним,
Мы Ленину славу поем.

Он в бой нас позвал за счастливую долю,
В застенки и тюрьмы дошел его клич.
От гнета и боли
Нас к солнечной воле
Присел всех любимый Ильич.

Мы облик прекрасный вовек не забудем
И дело его до конца доведем.
Мы Ленина помним,
Мы Ленина любим,
И Ленину славу поем.

За счастье, за правду крестьян и рабочих,
За весь угнетенный великий народ
В тревожные ночи
Орлиные очи
Глядели бесстрашно вперед.

На звонких наречьях Отчизны родимой
Мы Ленина слово народам несем.
Мы Ленина любим,
Мы Ленина помним,
Мы Ленину славу поем.

На стройке великой, на вахте, в дозоре —
Нас Ленин повсюду ведет за собой.
И в шахте, и в море,
И в счастье, и в горе, —
Он с нами, отец наш родной.

Мы облик прекрасный вовек не забудем
И дело его до конца поведем.
Мы Ленина помним,
Мы Ленина любим,
И Ленину славу поем.

10. Песня сердца. Музыка А. Хачатуряна, слова Ашота Граши и С. Михалкова

Я песней сердца славлю тебя, земля, —
Моей страны счастливый простор!
Я песней сердца славлю сады, поля,
Мои леса и цепи дальних гор!

ПРИПЕВ:

Великий Ленин мне глаза открыл, —
И смело я гляжу вперед.
Великий Сталин наш народ сплотил,
Любимый вождь к победам нас ведет!

В горах я вырос, там, где орлов полет, —
Седой Кавказ — родимый мой дом, —
Но в Сталинграде Волга моя течет
И под Ростов меня зовет мой Дон.

ПРИПЕВ

Я всех сильнее, — русский мне друг л брат.
Моя семья — советский народ!
Со мною рядом братья мои стоят,
В труде, в бою никто не подведет!

ПРИПЕВ

Живи и крепни, славься, моя земля!
Твой верный путь проложен в веках,
Неугасимо светит звезда Кремля
На счастье нам и всем врагам на страх!

ПРИПЕВ

11. Песня о Ленине. Музыка Б. Александрова, слова О. Колычева

В лазурь поднебесья летит эта песня,
Народной любовью до края полна,
В походах военных, в трудах вдохновенных
Про ленинский гений она сложена.

Ты вырастил, Ленин, в суровых сраженьях
Великую партию большевиков.
Ты армию создал, чтоб поступью грозной
Она без пощады сметала врагов.

Растил ты на славу родную державу,
На битву за счастье пароды повел.
Ильич — это знамя, что реет над нами,
Ильич — нашей партии горный орел!

Бессмертное имя, что всеми любимо,
Могучая армия в сердце несет,
И сталинским шагом под ленинским стягом
Идет к коммунизму советский народ.

12. Горный орел. Музыка Д. Васильева-Буглая, слова М. Лапирова

К свободе Ленин нас привел,
Борцам открыл дорогу вперед.
Страха не ведавший горный орел,
В борьбе народов Ленин живет.

Цветет и крепнет страна труда,
Твердыня мира, братства оплот;
Нивы шумят и растут города, —
В делах народов Ленин живет.

Сегодня славным путем побед
Страну Советов Сталин ведет.
Ленинской мысли не меркнет свет,
В сердцах народов Ленин живет.

13. Все дороги ведут к коммунизму. Музыка М. Коваля, слова Л. Ошанина

Мужая в сраженьях суровых
И строя свой солнечный дом,
Одно заповедное слово
Мы в сердце с любовью несем.
То слово нам Ленин поведал,
С ним Сталин сдружил нас давно,
И с каждою новой победой
Все ближе для сердца оно!

Водишь, цветет Отчизна,
Зори горят огнем.
Все дороги ведут к коммунизму,
И по праву в него мы войдем.

Одним этим словом безбрежным
Разрублен весь мир пополам,
И взоры людей зарубежных
В мечте устремляются к нам.
Мы счастливы счастьем народным,
И тем, что Отчизна в цвету,
И тем, что мы строим свободно
Великую нашу мечту!

Видишь, цветет Отчизна,
Зори горят огнем.
Все дороги ведут к коммунизму,
И по праву в него мы войдем.
За Сталиным гордо идем!

14. Родное имя. Музыка М. Раухвергера, слова М. Светлова

Имя Ленина снова и снова
Повторяет советский народ.
И, как самое близкое слово,
Имя Ленина в сердце живет.

И советская наша держава
И великих побед торжество —
Это Ленина гений и слава
И бессмертное дело его.

Мы в работе большой не устанем,
И сильней нашей Родины нет,
Если партии теплым дыханьем
Каждый подвиг народа согрет.

Мы прошли по дорогам суровый,
Мы за Сталиным к цели идем.
Ленин, Сталин, Победа — три слова
Мы на знамени нашем несем.

15. Песня детей о Ленине. Музыка М. Красева, слова Т. Спендиаровой

Мы знаем, великий Ленин
Заботлив и ласков был.
Он взял бы нас на колени,
С улыбкой бы нас спросил:

«Ну, как вам живется, дети?»
И наш бы звенел ответ:
«Мы всех счастливей на свете
Так выполнен твой завет!

Дарит нам страна подарки
От имени Октября:
Дворцы, веселые парки,
Зеленые лагеря!

Ты отдал за счастье наше
И силы свои и труд.
И вот живется нам краше,
Чем в песнях о том поют!»

16. Песня о Сталине. Музыка М. Блантера, слова А. Суркова

На все века великими делами
Прославил Сталин наш родной народ.
Над миром реет ленинское знамя,
На путь борьбы, на подвиги зовет.

ПРИПЕВ:

Для нас открыты солнечные дали,
Горят огни победы над страной.
На радость нам живет товарищ Сталин,
Наш мудрый вождь, учитель дорогой!

В огне труда из пламени сражений
Сердца героев Сталин закалил;
Как светлый луч, его могучий гений
Нам в коммунизм дорогу осветил.

ПРИПЕВ

Мы строим счастье волей непреклонной,
Дорога нам указана вождем.
Подняв высоко красные знамена,
Мы в коммунизм за Сталиным идем.

ПРИПЕВ

17. На просторах родины чудесной. Музыка М. Блантера, слова А. Суркова

На просторах Родины чудесной,
Закаляясь в битвах и труде,
Мы сложили радостную песню
О великом друге и вожде.

ПРИПЕВ:

Сталин — наша слава боевая,
Сталин — нашей юности полет.
С песнями, борясь и побеждая,
Наш народ за Сталиным идет.

Солнечным и самым светлым краем
Стала вся советская земля,
Сталинским обильным урожаем
Ширятся колхозные поля.

ПРИПЕВ

Краше зорь весеннего рассвета
Юности счастливая пора.
Сталинской улыбкою согрета,
Радуется наша детвора.

ПРИПЕВ

Нам даны сверкающие крылья,
Смелость нам великая дана.
Песнями любви и изобилья
Славится Советская страна.

ПРИПЕВ

18. Величальная И. В. Сталину. Музыка В. Захарова, слова М. Исаковского

А кому ж мы песню,
Друзья, посвящаем?
А кого ж мы с вами,
Кого величаем?

ПРИПЕВ:

Величаем мы сокола,
Что всех выше летает,
Чья могучая сила
Всех врагов побеждает.
Величаем мы сокола,
Друга лучшего нашего,
Величаем мы Сталина —
Всенародного Маршала.

В мире нет человека
Дороже, роднее.
С ним и счастье счастливей
И солнце светлее.

ПРИПЕВ

Пусть живет он, любимый,
В здоровье и в силе,
И ему всенародный,
Поклон от России.

ПРИПЕВ

19. Колхозная здравица Сталину. Музыка К. Массалитинова, слова М. Мордасовой и К. Гусева

Всем нашим колхозным, всем радостным краем
Заздравную Сталину песню поем.
Отец всенародный, тебя величаем
На празднике светлом и славном твоем.

По планам твоим мы зеленой заставой
Навек защитили родные поля,
Своей золотой, урожайною славой
Гордится советская наша земля.

Мы счастливы все на твоих именинах,
Собрав для Отчизны большой урожай,
И просим тебя, каш родной и любимый,
На радостный праздник в колхоз приезжай.

Мы честно исполнили заповедь нашу —
Хлеб Родине дали с избытком и в срок.
За Сталина — первые звонкие чаши,
Для Сталина — первый румяный пирог.

Шумят твоей славой и рощи и воды,
Цветет твоей славой родная земля.
На вечное счастье, на долгие годы
Нам, солнышко-Сталин, сияй из Кремля!

20. Кантата о Сталине. Музыка А. Александрова, слова М. Инюшкина

От края до края, по горным вершинам,
Где вольный орел совершает полет,
О Сталине мудром, родном и любимом,
Прекрасную песню слагает народ.

Летит эта песня быстрее, чем птица,
И мир угнетателей злобно дрожит.
Ее не удержат посты и границы,
Ее не удержат ничьи рубежи.

Ее не страшат ни нагайки, ни пули,
Звучит эта песня в огне баррикад,
Поют эту песню и рикша и кули,
Пост эту песню китайский солдат.

От края до края, по горным вершинам,
Где свой разговор ведет самолет,
О Сталине мудром, родном и любимом
Прекрасную песню поет весь народ.

21. Много песен поет наш советский народ. Музыка А. Александрова, слова С. Алымова

Много песен поет наш советский народ
Над полями, лесами густыми.
В каждой песне звучит, в каждой песне живет
Всенародное Сталина имя.

ПРИПЕВ:

Это имя мы носим повсюду с собой,
С ним открыты все шири, все дали.
Мы на подвиг любой все пойдем за тобой,
Наше знамя победы, наш Сталин!

Мы, отвагой горя, проплываем моря —
Нас враги победить не сумеют.
Над советской землей свет не сменится мглой, —
Солнце-Сталин блистает над нею.

ПРИПЕВ

Сталин — это народ, что к победам идет
По вершинам подоблачных склонов.
Сталин — наши дела, Сталин — крылья орла,
Сталин — воля и ум миллионов.

ПРИПЕВ

22. Великому Сталину слава! Музыка Б. Александрова, Из обращения комсомольцев и молодежи Советского Союза к товарищу Сталину

Мы имя вождя и в бою и в труде
Несем, как гвардейское знамя,
Оно молодежь вдохновляет везде,
Как солнце, сверкает над нами.
Наш мудрый учитель! Наш вождь и отец!
Клянемся мы радостью жизни,
Клянемся всей кровью горячих сердец
Служить беззаветно Отчизне!

Быть верными партии нашей всегда —
Наш долг и священное право.
Тому, чьим доверием юность горда, —
Великому Сталину слава!
Как гимн беззаветной сыновней любви,
Слова нашей клятвы, звучите!
На радость нам долгие годы живи,
Любимый наш вождь и учитель!

Да здравствует наш богатырский народ,
Да здравствует наша держава!
Тому, кто страну к коммунизму ведет, —
Великому Сталину слава!
Нас Ленин под красное знамя собрал,
И наша судьба величава.
Тому, кто в борьбе молодежь воспитал, —
Великому Сталину слава!

23. Славься, первый полководец! Музыка И. Дунаевского, слова С. Васильева и А. Коваленкова

Бьют часы на Спасской башне,
Встало солнце над Москвой.
Города, леса и пашни
День встречают трудовой.
Пробудились реки, горы,
Степи, северные льды,
Наши русские просторы,
Украинские сады.
На разъезды, полустанки,
На луга станиц и сел,
На пригорки и полянки
Светозарный день пришел.

ПРИПЕВ:

И поют гудки,
Поезда поют в пути,
Поют поля,
Славя солнечный восход.
Города поют,
Советская земля,
Народ-герой поет:
— Славься, первый полководец!
Наш отец, учитель, воин!
Гений счастья и свободы,
Нашей правды торжество!
Славься, наш народ великий,
Славы солнечной достоин!
Песней славь вождя и друга,
Полководца своего!

В годы грозных испытаний,
Не сгибаясь под огнем,
Мы с тобой, товарищ Сталин,
Отстояли отчий дом.
Вместе мы прошли метели,
Холода и зной прошли,
Мы пришли к заветной цели
И победы свет зажгли!
Пусть цветут светлой и краше
Милой Родины поля,
Озаряют землю нашу
Звезды ясные Кремля!

ПРИПЕВ

24. Нас воля Сталина вела. Музыка Вано Мурадели, слова А. Суркова

Под знамя славы в грозный год
Позвал сынов своих народ.
И встали мы стальной стеной
За честь страны своей родной.

ПРИПЕВ:

На богатырские дела
Нас воля Сталина вела.
Он вместе с нами шел в строю,
Он вместе с нами был в бою.

Под Ленинградом и Москвой
Мы шли сквозь грохот боевой.
Под Сталинградом, за Днепром
Гремел орудий наших гром.

ПРИПЕВ

В жестокой ярости атак
Раздавлен нами грозный враг.
Победу, взятую в огне,
Мы принесли своей стране.

ПРИПЕВ

25. Из-за гор из-за высоких. Музыка А. Ревуцкого, слова М. Рыльского

Из-за гор из-за высоких
Ввысь орел могучий взмыл…
Не сдержать полет далекий.
Не сломить широких крыл!

Солнце манит нас к вершинам,
Наполняя счастьем грудь…
Летом солнечным, орлиным
Вождь указывает путь.

Пой, земля, пестри цветами
В этот гордый, светлый час!
Слово сталинское с нами,
Воля сталинская в нас!

Нам покорны стали воды
И к ногам легли поля,
В мощный хор слились заводы,
Обновляется земля.

Строем движется единым
Большевистской рати мощь.
Лётом сталинским, орлиным
Всех ведет нас мудрый вождь.

Жизнь пурпурными огнями
Засияла нам сейчас.
Слово сталинское с нами,
Воля сталинская в нас!

26. Лети в Москву, соловушко. Музыка Д. Васильева-Буглая, слова Я. Шведова

Лети в Москву, соловушко,
На зори незакатные.
Привет от нас, колхозников,
Снеси родному Сталину.
И расскажи любимому,
Как мы живем и трудимся,
Какую думу думаем,
Встречая в небе солнышко.

А думушка глубокая,
Что реченька весенняя:
Как трудовою доблестью
Нам славить счастье Родины.
Проси, зови, соловушко,
Вождя приехать в гости к нам,
В просторы неоглядные,
В колхозную сторонушку.

Вождя мы встретим в горенке
И скажем за беседою,
Что у него, любимого.
Мы все работать учимся.
Лети в Москву, соловушко,
На звезды на кремлевские.
Привет от нас, колхозников,
Неси родному Сталину.

27. Песня о Сталине. Музыка Ф. Козицкого, слова Г. Плоткина

Над нами, товарищи, небо без края,
Как синий огромный шатер,
Для нас молодые сады расцветают,
Сверкает днепровский простор.

Морями глубокими, полями широкими
Лети, наша песня, лети!
Нам вместе одними путями-дорогами
К великим победам итти!

Ведет нас учитель к высотам орлиным
Вперед, неуклонно вперед.
В снегах Приамурья, в степях Украины —
Везде его славит народ.

Звучи, всенародная, греми, благородная,
О Сталине песня, звени!
Пусть славится наша Отчизна свободная,
Живем, мы в великие дни!

А если враги нападут на Отчизну,
На славную Родину-мать,
Во имя народного счастья и жизни
Сумеем страну отстоять!

Морями глубокими, полями широкими
Лети, наша песня, лети!
Нам вместе одними путями-дорогами
К великим победам итти!

28. Песня о Сталине. Музыка А. Хачатуряна, слова ашуга Мирзы из Тауза

Вождь страны, о тебе выше гор
Поднимается слава в народе,
Осветил ты, как солнце, простор,
Хорошо нам теперь на свободе.

Скоро мир весь откроет глаза
И поднимет знамя твое,
Это знает ашуг Мирза,
Потому так легко поет.

Песней радости и труда
Огласятся широкие дали;
С нами имя твое всегда,
Словно знамя, товарищ Сталин!

Вождь народов, я славлю твой ум
Твою волю, что крепче стали.
У меня в голове много дум
О тебе, мой любимый Сталин!

Я смотрю на народ, в душе весна,
Нет ни бедности, ни печали.
Расцветает, как сад, страна;
В нем садовник — товарищ Сталин.

Тебе всегда мы будем песнь слагать,
Твоею жизнью весь народ богат.
Живи же вечно среди нас, наш брат,
Учитель, друг, бесценный вождь наш Сталин!

29. Сталин родной. Музыка С. Туликова, слова О. Колычева

Ходит волнами пшеница,
В золотых звенит полях…
У вождя в Москве-столице
Побывали мы в гостях.

ПРИПЕВ:

Льется песня над полями
Про тебя, отец родной!
Это слава Сталину
звенит над всей страной,
Над Балтийским морем и Амур-рекой.
Это слава Сталину
звенит над всей страной.
Ты живи и здравствуй, наш отец родной!

Говорил сердечно Сталин.
Обняла сынов Москва,
Крепко в сердце нам запали
Сокровенные слова.

ПРИПЕВ

Не забудем звездный вечер
Над сияющим дворцом.
Сохраним мы радость встречи
С нашим другом и отцом.

ПРИПЕВ

Мы — с богатым урожаем,
Стало радостно в дому.
Мы и внукам завещаем
Жить по слову твоему.

ПРИПЕВ

30. Дороженька. Музыка В. Захарова, слова П. Семеновой

По-над речкой расстилается туман,
Росы чистые упали на траву,
Я надену свой бордовый сарафан,
Я малины — красной ягоды нарву.

Молодая да веселая пройдусь.
Не вернутся к нам ни горе, ни беда.
Я своей работой-славою горжусь,
Я — ударница колхозного труда.

В чистом полюшке дороженька легла,
Словно светлая большая полоса,
Рассветлым-светла дороженька, светла,
И ведет она к победам-чудесам.

Кто колхозную дорожку проложил?
Кто колхозную дорожку проторил?
Это Ленин нам дорожку проложил.
Это Сталин нам дорожку проторил.

31. Казачья дума о Сталине. Музыка Е. Колесникова, слова А. Исакова

Собирались казаченьки,
Собирались на заре,
Думу думали большую
На колхозном на дворе.

Если б нам теперь, ребята,
В гости Сталина позвать,
Чтобы Сталину родному
Все богатство показать.

Показать бы, похвалиться
Нашей хваткой боевой:
— Приезжай, товарищ Сталин,
Приезжай, отец родной.

Мы пошлем тебе навстречу
Всех стахановцев полей,
Мы дадим джигитам храбрым
Самых лучших лошадей.

Будешь ехать через поле —
Полюбуйся чистотой,
Как хлеба цветистым маем
Умываются росой.

Будешь ехать — сам увидишь,
На колхозном на дворе
Расцветают наши дети
Алым маком на заре.

На большом пиру казачьем
Наши девушки споют,
Разукрасят самолеты,
Шелком небо разошьют.

От высокого Казбека
До каспийских берегов
Льется жизнь, тобой согрета,
Жизнь советских казаков.

32. В коммунизм великий Сталин нас ведет. Музыка А. Новикова, слова В. Харитонова

Когда в семнадцатом году
Из искры разгорелось пламя,
У всех народов на виду
Поднялось ленинское знамя!
Народа твердая рука
Взяла под власть заводы, пашни,
И только памятью векам
Остался темный день вчерашний.

ПРИПЕВ:

В коммунизм
Любимый Сталин нас ведет!
Он дал нам счастье и свободу!
Он нас на подвиги зовет,
Великий, мудрый вождь народа!

Советский край наш расцветал,
Как майским утром сад весенний,
Но злобный враг на нас напал,
Неся стране порабощенье.
Все, как один, мы поднялись
На бой по сталинскому зову,
Сердца отвагою зажглись, —
Был враг разбит в бою суровом.

ПРИПЕВ

Расти в труде, страна весны,
Борьбу за мир ведешь ты смело!
Пути твоих побед ясны,
Ты служишь всей земле примером!
Мы, как всегда, идем вперед,
В работе время обгоняем.
Великий Сталин нас ведет,
И мы уверенно шагаем!

ПРИПЕВ

33. Сталину слава! Музыка Д. Шостаковича, слова Е. Долматовского

Сталину слава!
Навеки он верен
Той клятве, которую Ленину дал.
Наш друг и учитель в народе уверен,
Он вместе с народом всегда побеждал.

ПРИПЕВ:

Великий вождь, желаем Вам
Здоровья, сил и многих лет.
За Вами к светлым временам
Идем путем побед!

Сталину слава!
Сквозь пламя сражений
Бесстрашно провел он советский народ.
Прошли мы, как буря, как ветер весенний,
Берлинской победой закончив поход.

ПРИПЕВ

Сталину слава!
Октябрьским знаменам
И ленинской партии нашей хвала.
Идем к коммунизму путем непреклонным,
И вождь нас ведет на большие дела.

ПРИПЕВ

34. Слово о великом вожде. Музыка В. Макарова, слова Я. Белинского

Он родился в горах,
где в ущельях гудят непогоды.
Как бесстрашный орленок,
в грозе вырастал и мужал,
И сложили былины,
как в эти суровые годы
На борьбу юный Сталин народ поднимал.

Не смолкало его
нерушимое слово, —
Звал он смелых на бой,
чтоб тиранов смести;
Ни аресты, ни ссылки,
ни слуги царевы
Не смогли ему встать на пути.

Бушевала гроза,
год за годом в борьбе пролетали,
Встал разгневанный Питер
над бурной октябрьской Невой,
И в недремлющем Смольном
бессменно был с Лениным Сталин,
Шел на бой за свободу народ трудовой.

Слово наших вождей
шло на приступ с бойцами,
Воля мудрых вождей
нас вела за собой,
И зажглось, как заря,
наше красное знамя
Над свободной Советской страной…

Мы идем за вождем,
и в труде и в борьбе побеждаем,
Мы захватчиков черных
сломили в жестоких боях,
Мы возводим плотины,
в тайге города воздвигаем
И растим молодые дубравы в степях.

Гордо имя его
прославляет Отчизна.
Он чудесным путем
нас к победам ведет,
И идет за вождем
к светлым дням коммунизма
Весь великий советский народ!

35. Колечко. Музыка А. Новикова, слова Н. Незлобина

За мостами от заставы
Всходит солнышко во мгле.
Вместе с солнцем встанет рано
Сталин-солнышко в Кремле,

В том Кремле, в заветном доме,
Под рубиновой звездой
Он умоется с ладони
Москворецкою водой,

Белоснежным полотенцем
Вытрет смуглое лицо
И пройдет по светлым сенцам
На высокое крыльцо.

Взглянет Сталин зорким взглядом,
Как за башнями Кремля
По его великой воле
Обновляется земля.

Трубку крепкую раскурит,
Пепел в сторону смахнет,
И колечко голубое
За Москву-реку уйдет.

За Москву-реку, за речку,
Через берег на другой…
Ты лети, лети, колечко,
Над родною стороной.

Поглядит пастух и скажет:
«Это Сталин закурил,
Значит, Сталин встал поране,
Чем рожок мой протрубил».

И глядит на то колечко
Вся Советская страна.
— С добрым утром, с добрым утром!
Скажет Сталину она.

36. Песня московских детей о Сталине. Музыка М. Красева, слова Н. Френкель

Ты живешь, любимый Сталин.
В нашем городе родном.
Хорошо, что мы с тобою
В этом городе живем!

То же радостное солнце,
Что утрами будит нас,
И к тебе в окно заглянет
В тот же самый ранний час.

Мы гуляем, мы играем
У Москвы-реки в саду
И над светлою водою
Видим башню и звезду.

Может быть, в Кремле высоком
Слышишь ты, как мы поем…
Хорошо, что мы с тобою
В нашем городе живем!

37. Споем, товарищи, споем! Музыка Д. Кабалевского, слова В. Лебедева-Кумача

Споем, товарищи, споем,
Споем, веселые подруги,
Споем на празднике своем
О самом лучшем нашем друге!

О нас вспоминает
он каждый час,
Работает, строит,
живет для нас.
Он каждого любит,
как добрый отец,
И в сердце он носит
мильоны сердец.

Споем, товарищи, споем,
Споем, веселые подруги,
Споем на празднике своем
О самом лучшем нашем друге!

Он хочет, чтоб стали
мы всех сильней,
Всех лучше, всех краше
и всех умней,
Чтоб мы поднимали
большие дела,
Чтоб Родина нами
гордиться могла!

Споем, товарищи, споем,
Споем, веселые подруги,
Споем на празднике своем
О самом лучшем нашем друге!

Он хочет, чтоб каждый
из нас постиг
Все силы природы,
всю мудрость книг,
Чтоб звезды все ярче
светили в Кремле,
Чтоб нам еще лучше
жилось на земле!

Споем, товарищи, споем,
Споем, веселые подруги,
Споем на празднике своем
О самом первом нашем друге —
О нашем Сталине споем!

Пушкин, история и современность

Александр Сергеевич Пушкин (1799—1837). Портрет работы Ореста Кипренского (1827)

По всей видимости, до Октябрьской революции к личности Александра Сергеевича Пушкина относились с неизменным пиэтетом, доходящим до обожания и даже обожествления, начало которому, как нам представляется, положил Владимир Одоевский, написавший на следующий день после смерти поэта, 11 февраля 1837-го года, в «Литературных прибавлениях к Русскому инвалиду» следующее:

Солнце русской поэзии закатилось! Пушкин скончался, скончался во цвете лет, в средине своего великого поприща!.. Более говорить о сем не имеем силы, да и не нужно: всякое русское сердце знает всю цену этой невозвратимой потери, и всякое русское сердце будет растерзано. Пушкин! Наш поэт! Наша радость, наша народная слава!.. Неужели в самом деле нет уже у нас Пушкина! К этой мысли нельзя привыкнуть!

Были, конечно, и попытки поколебать авторитет Александра Сергеевича в области изящной словесности. Так, например, в 1912-м году увидел свет манифест русского футуризма под названием «Пощёчина общественному вкусу», в котором подписавшие его Давид Бурлюк, Александр Кручёных, Владимир Маяковский и Виктор (Велимир) Хлебников заявляли, что «Академия и Пушкин непонятнее гиероглифов» и предлагали «бросить Пушкина, Достоевского, Толстого и проч. с Парохода современности».

От таких заявлений, не основывающихся ни на чём кроме желания заявить о себе, эпатировав достопочтенную публику, авторитет Пушкина, наверное, только укрепился, став в советскую эпоху, если можно так выразиться, железобетонным.

Вот таким — неизменно сладким — представляют Пушкина многие из его почитателей

Действительно, в Советском Союзе мало кто из почивших в бозе отечественных писателей или поэтов обладал таким невероятным влиянием на умы литературоведов и культурологов. Более того, апофеоз А. С. стал делом официальным и идеологически значимым. С каких только сторон и точек зрения не изучали его творчество! Изучали досконально и кропотливо, объявляя каждое слово, каждую точку, каждую запятую заведомо гениальными, а между тем реальная жизнь и личность великого поэта растворялись в бездушно-схоластическом славословии.

Процесс засахаривания Пушкина не мог вызвать ничего кроме желания довести его до логического завершения — весёлого абсурда, наиболее талантливым выразителем которого можно назвать Даниила Хармса. Всем известны, например, его «Анекдоты из жизни Пушкина», вызвавшие множество подражаний. А вот что он писал накануне столетия со дня смерти поэта в 1936-м году.

Трудно сказать что-нибудь о Пушкине тому, кто ничего о нем не знает. Пушкин великий поэт. Наполеон менее велик, чем Пушкин. И Бисмарк по сравнению с Пушкиным ничто. И Александр I и II, и III просто пузыри по сравнению с Пушкиным. Да и все люди по сравнению с Пушкиным пузыри, только по сравнению с Гоголем Пушкин сам пузырь. А потому вместо того, чтобы писать о Пушкине, я лучше напишу вам о Гоголе. Хотя Гоголь так велик, что о нем и писать-то ничего нельзя, поэтому я буду все-таки писать о Пушкине. Но после Гоголя писать о Пушкине как-то обидно. А о Гоголе писать нельзя. Поэтому я уж лучше ни о ком ничего не напишу.

Впрочем, такое ёрничанье нельзя назвать характерным для массового восприятия личности поэта. Народный Пушкин давно перестал напоминать своего реально существовавшего прототипа. В наше время, когда мало кто может похвастаться вдумчивым прочтением произведений Солнца русской поэзии, это скорее персонаж современного фольклора и единица фразеологии русского языка, наподобие царя Гороха и Кузькиной матери.

А платить (работать, отвечать и т.д на выбор говорящего) кто будет? Пушкин?

Художник Василий Андреевич Тропинин (1776—1857). Портрет Ивана Ивановича Дмитриева (1760—1837). 1835 год. Музей им. А. С. Пушкина, Москва, Россия

Старший современник Пушкина, друг Державина и Карамзина, русский поэт Иван Иванович Дмитриев (1760—1837) вошёл в историю русской литературы не только как автор первоклассных басен, сатир, стихотворных сказок и эпиграмм, но и как автор песен. Некоторые из этих песен стали русскими народными.

Сегодня многим известен следующий анекдот из жизни Александра Сергеевича Пушкина.

Известный русский писатель Иван Иванович Дмитриев однажды посетил дом родителей Пушкина, когда последний был ещё ребенком. Подшучивая над оригинальным типом лица мальчика и его кудрявыми волосами,  Дмитриев сказал:
— Какой арапчик!
В ответ на это вдруг десятилетний внук Ганнибала неожиданно отрезал:
— Да зато не рябчик!
Можно представить себе удивление и смущение присутствующих, которые поняли, что мальчик Пушкин подшутил над физиономией Дмитриева, обезображенной рябинами.

Однако, кто такой этот Дмитриев, знают далеко не все. А между тем Ивана Ивановича Дмитриева можно отнести к русским литераторам первой величины конца XVIII — начала XIX века, который при жизни пользовался громкой и заслуженной славой.

Иван Иванович Дмитриев. Биографическая справка

Иван Иванович Дмитриев. Тексты песен

Наслаждение

Всяк в своих желаньях волен —
Лавры! вас я не ищу;
Я и мирточкой доволен,
Коль от милой получу.

Будь мудрец светилом мира,
Будь герой вселенной страх,
Рано ль, поздно ли, Темира,
Всяк истлеет, будет прах!

Розы ль дышат над могилой,
Иль полынь на ней растет, —
Всё равно, о друг мой милый!
В прахе чувствия уж нет.

Прочь же, скука! прочь, забота!
Вспламеняй, любовь, ты нас!
Дни текут без поворота;
Дорог, дорог каждый час!

Может быть, в сию минуту,
Милый друг, всесильный рок
Посылает парку люту
Дней моих прервати ток.

Ах! почто же медлить боле
И с тоскою ждать конца?
Насладимся мы, доколе
Бьются в нас еще сердца!

<1792>

Стонет сизый голубочек

Стонет сизый голубочек,
Стонет он и день и ночь;
Миленький его дружочек
Отлетел надолго прочь.

Он уж боле не воркует
И пшенички не клюет;
Всё тоскует, всё тоскует
И тихонько слезы льет.

С одной ветки на другую
Перепархивает он
И подружку дорогую
Ждет к себе со всех сторон.

Ждет ее… увы! но тщетно, —
Знать, судил ему так рок!
Сохнет, сохнет неприметно
Страстный, верный голубок.

Он ко травке прилегает,
Носик в перья завернул,
Уж не стонет, не вздыхает —
Голубок… навек уснул!

Вдруг голубка прилетела,
Приуныв, издалека.
Над своим любезным села,
Будит, будит голубка;

Плачет, стонет, сердцем ноя,
Ходит милого вокруг,
Но… увы! прелестна Хлоя!
Не проснется милый друг!

<1792>

Ах! когда б я прежде знала

Ах! когда б я прежде знала,
Что любовь родит беды,
Веселясь бы не встречала
Полуночныя звезды!
Не лила б от всех украдкой
Золотого я кольца;
Не была б в надежде сладкой
Видеть милого льстеца!

К удалению удара
В лютой, злой моей судьбе
Я слила б из воска яра¹
Легки крылышки себе
И на родину вспорхнула
Мила друга моего;
Нежно, нежно бы взглянула
Хоть однажды на него.

А потом бы улетела
Со слезами и тоской;
Подгорюнившись бы села
На дороге я большой;
Возрыдала б, возопила:
«Добры люди! Как мне быть?
Я неверного любила…
Научите не любить».

<1792>

Тише, ласточка болтлива!

Тише, ласточка болтлива!
Тише, тише; полно петь!
Ты с зарею вновь счастлива,—
Ах, а мне пришло терпеть!
Я расстаться должен с милой
На заре, к моим слезам…
О луна! твой свет унылый
Краше солнышка был нам!

Тише, ласточка болтлива!
Тише, тише; полно петь!
Ты с зарею вновь счастлива,—
Ах, а мне пришло терпеть!
Знать, и сонная мечтала
О любови ты своей:
Ты к утехам рано встала,
А я к горести моей!

Тише, ласточка болтлива!
Тише, тише; полно петь!
Ты с зарею вновь счастлива,—
Ах, а мне пришло терпеть!
О, когда б и ты имела
Участь, равную со мной,
Ты б молчала, а не пела
И встречала день с тоской.

<1792>

Птичка, вырвавшись из клетки

Птичка, вырвавшись из клетки,
Долго в воздухе кружит
И зеленой даже ветки,
Быв напугана, дрожит.

Далеко гнездо свивает,
Не глядит на мягкий дерн,—
По несчастию, уж знает,
Что, где роза, там и терн.

Всем, кто чувствует, в природе
Мила вольность дорога,
Лишь любовник во свободе
Видит злейшего врага.

Он, смотря на те оковы,
В коих долго так стенал,
Всякий день досады новы
От жестокой получал.

Воздыхает и, слезами
Окропя их, говорит:
Не хочу расстаться с вами,
Пусть любезна уморит.

<1794>

Элегия («Коль надежду истребила»)

Коль надежду истребила
В страстном сердце ты моем,
Хоть вздохни, тиранка мила,
Ты из жалости по нем!
Дай хоть эту мне отраду,
Чтоб я жизнь мою влачил,
Быв уверен, что в награду
Я тобой жалеем был!

Если б в нашей было воле
И любить и не любить —
Стал ли б я в злосчастной доле
Потаенно слезы лить?
Нет! на ту, котора к гробу,
Веселясь, мне кажет путь,
За ее жестокость, злобу,
Не хотел бы и взглянуть.

Но любовь непостижима!
Будь злодейкою моей —
Будешь всё боготворима,
Будешь сердцу всех милей!
О жестока!.. о любезна!
Смейся, смейся, что терплю.
Я достоин — участь слезна!
Презрен, стражду и… люблю!

<1794>

Пой, скачи, кружись, Параша!

Пой, скачи, кружись, Параша!
Руки в боки подпирай!
Мчись в веселии, жизнь наша!
Ай, ай, ай, жги!² — Припевай!

Мил, любезен василечек
Рви, доколе он цветет;
Солнце зайдет, и цветочек…
Ах! увянет, опадет!

Пой, скачи, кружись, Параша!
Руки в боки подпирай!
Мчись в веселии, жизнь наша!
Ай, ай, ай, жги! — Припевай!

Соловей не умолкает,
Свищет с утра до утра:
Другу милому, он знает,
Петь одна в году пора.

Пой, скачи, кружись, Параша!
Руки в боки подпирай!
Мчись в веселии, жизнь наша!
Ай, ай, ай, жги! — Припевай!

Кто, быв молод, не смеялся,
Не плясал и не певал,
Тот ничем не наслаждался,—
В жизни не жил, а дышал.

Пой, скачи, кружись, Параша!
Руки в боки подпирай!
Мчись в веселии, жизнь наша!
Ай, ай, ай, жги! — Припевай!

<1795>

Всех цветочков боле

Всех цветочков боле
Розу я любил;
Ею только в поле
Взор мой веселил.

С каждым днем милее
Мне она была;
С каждым днем алее,
Всё как вновь, цвела.

Но на счастье прочно
Всяк надежду кинь;
К розе, как нарочно,
Привилась полынь.

Роза не увяла —
Тот же самый цвет;
Но не та уж стала:
Аромата нет!..

Хлоя! Как ужасен
Этот нам урок!
Сколь, увы! опасен
Для красы порок!

<1795>

Куда мне, сердце страстно

Куда мне, сердце страстно,
Куда с тобой бежать?
Здесь должен я всечасно
Печаль мою скрывать.

Друзья мои пеняют,
Что я всегда уныл;
Увы! они не знают,
Таков ли прежде был!

Ах! некогда на лире
И я, резвясь, играл;
И я путь скромный в мире
Цветами устилал.

О, грустно вспоминанье!
Не медлим ни часа —
Пойдем сокрыть стенанье
В дремучие леса.

Там горестью глубокой
Никто не укорит,
Ни имени жестокой
При мне не повторит.

Пускай один с тобою
Я буду горевать,
И непрестанно Хлою
Винить, обожать.

<1795>

Песня («Юность, юность! веселися»)

Юность, юность! веселися,
Веселись, пока цветешь;
Пой, пляши, люби, резвися!
Ах! и ты как тень пройдешь!

Други, матери-природы
Слышите ль приятный глас?
Составляйте ж хороводы,
Пойте, ваш доколе час.

В жизнь однажды срок утехам,
Пролетя, не придут вновь!
Дайте руку играм, смехам,
Призовите и любовь.

А певца, который с вами
Уж резвиться устарел,
Увенчайте хоть цветами,
Чтоб еще он вам пропел.

Юность, юность! веселися,
Веселись, пока цветешь;
Пой, пляши, люби, резвися!
Ах! и ты как тень пройдешь!

<1795>

О любезный, о мой милый!

О любезный, о мой милый!
Где ты власть небесну взял?
Ты своей волшебной силой
Нову жизнь и душу дал.

Прочь, печали и напасти!
Прочь, заботы! — вас уж нет!
Покоряся нежной страсти,
Я гляжу на новый свет.

Всё в нем лучше, веселее,
Всё об милом говорит;
Даже солнышко светлее
Для меня теперь горит;

Даже я сама кажуся,
Милый, лучше от тебя;
Величаюся, горжуся,
Больше чувствую себя;

Лучше, кажется, играю
И приятнее пою;
Всё мне рай и всем питаю
Страсть, любовь к тебе мою —

Страсть, навеки воспаленну!
Что скажу я наконец?..
Ты украсил всю вселенну,
Ты мой ангел, мой творец!

<1795>

Что с тобою, ангел, стало

«Что с тобою, ангел, стало?
Не слыхать твоих речей;
Всё вздыхаешь! а бывало,
Ты поешь, как соловей».

— «С милым пела, говорила,
А без милого грущу;
Поневоле приуныла:
Где я милого сыщу?»

— «Разве милого другого
Не найдешь из пастушков?
Выбирай себе любого,
Всяк тебя любить готов».

— «Хоть царевич мной прельстится,
Всё я буду горевать!
Сердце с сердцем подружится —
Уж не властно выбирать».

<1796>

 Примечания к песням

¹ Эта песня есть точное подражание старинной простонародной песне.
² Известный припев одной из цыганских песен.

22 апреля 2014 года исполняется 144 года со дня рождения Владимира Ильича Ленина.

Я не знаю, как это сделать,
Но, товарищи из ЦК,
уберите Ленина с денег,
так цена его высока!
Понимаю, что деньги — мера
человеческого труда.
Но, товарищи, сколько мерзкого
прилипает к ним иногда…
Я видал, как подлец
мусолил по Владимиру Ильичу.
Пальцы ползали малосольные
по лицу его, по лицу!
В гастрономовской бакалейной
он хрипел, от водки пунцов:
«Дорогуша, подай за Ленина
два поллитра и огурцов».
Ленин — самое чистое деянье,
он не должен быть замутнён.
Уберите Ленина с денег,
он — для сердца и для знамён.

Один из примеров современной интерпретации образа Ленина. Ленин-хиппи в пионерском галстуке. Фото В. Пятинина.

Конечно же, «товарищи из ЦК» к его словам не прислушались, и требование Вознесенского — убрать изображение вождя Октябрьской революции с денежных купюр Советского Союза — было исполнено, только когда данное государство прекратило своё существование. Ленина убрали с денег. Убрали его и с идеологических знамён. А вот с сердцами…

Безусловно, если говорить об образе Владимира Ильича только со знаком «плюс» в советском понимании, получится, что такого Ленина в сердце большинства наших соотечественников давно не существует. За годы перестройки и постсоветской истории имя вождя мирового пролетариата утратило ореол исторической святости, а с ним, казалось бы, и право остаться в анналах русской истории.

Но народ Ленина не забыл. Точнее говоря, не забыл тот образ, который кропотливо создавала советская пропаганда и который на разные лады пародировала традиция советского фольклора (вспомним хотя бы бесчисленные анекдоты о Ленине). Традиция эта продолжается по сей день, приобретая, новые, подчас совершенно неожиданные, характеристики. В общем, Владимир Ильич уже давно стал одной из мифологем нашей повседневной жизни, существуя во многих своих воплощениях. Для кого-то он — святой, для кого-то — упырь, для кого-то — шут гороховый. Как и Пушкин, Ленин у каждого свой. Серьёзный, комичный, человечный, людоедский… Но в любом случае безмерно далёкий от того, который был на самом деле.

Ленин в нашей жизни. Фотогалерея

[Show as slideshow]

Во времена позднего СССР, когда за проявление инакомыслия на отдельно взятой кухне уже никого не сажали, получил особую популярность и распространение такой жанр устного народного творчества, как политический анекдот, который, молниеносно реагируя на любую ложь и фальшь, предлагал свою, рассказанную ядовито-глумливым эзоповским языком, версию того или иного события. Подобных анекдотов ходило великое множество. Например, вот такой.

Художник В. Корецкий. Вот наша прибыль! (1965). Увы, но сегодня многие советские плакаты воспринимаются анекдотически без каких-либо переделок.

Подходит человек к газетному киоску.
— Мне, пожалуйста, «Правду».
— «Правды» нет.
— Ну, тогда дайте «Советскую Россию».
— Продали «Россию».
— Позвольте, а что же у вас есть?
— Вот, есть «Труд» за 2 копейки.

Такой юмор был в советское время. А в предшествующие времена? Неужели не было ничего подобного процитированному образчику советского фольклора?

Для тех, кто знаком с русской историей в пределах школьного курса, покажется вполне справедливым утверждение, что советский неофициальный фольклор возник на пустом месте, пришёл из ниоткуда, а в предшествующие эпохи взаимоотношения власти и народа сводились либо к полному взаимопониманию, либо к полному отторжению. Но это не совсем так. Русского человека всегда выручало чувство юмора — единственное средство выразить свой протест, когда уже нет сил жить под той или иной властью. Даже в очень сложные, переломные и драматические периоды отечественной истории. Например, в эпоху государственных преобразований Петра I, которая характеризуется не только выдающимися достижениями в области политики, науки и культуры, но и беспрецедентным в русской истории насилием над человеческой личностью, насилием, которое ставило своей целью сделать одного верноподданного точь-в-точь похожим на другого. Очень метко и афористично высказался по этому поводу русский историк М. М. Богословский.

Больше всех от такого единообразия пострадали старообрядцы, которые в силу своих религиозных убеждений не могли выполнить многих требований царя-реформатора. Власти же обходились с ними, мягко говоря, не очень терпимо, вешая на спины мужчинам лоскут красного цвета с жёлтой нашивкой, чтобы было легче выделить раскольников мужеского пола среди других людей и при случае на них донести. Женщинам же, под угрозой штрафа и тяжкого наказания, предписывалось носить позорный головной убор — «шапку с рогами».

Лубочная картинка «Цирюльник хочет раскольнику бороду стричь». Гравюра на дереве. 1-я четверть XVIII в. Музей изобразительных искусств им. А. С. Пушкина. Москва

Но и старообрядцы не оставались в долгу. Пётр для них был Антихристом, а все его дела и начинания — сплошным дьявольским наваждением. Поэтому представители древнего благочестия, всеми силами стараясь спасти свою душу, строили себе жилища в труднодоступных местах, уходили в леса, а то и вовсе в мир иной в пламени какого-нибудь сруба. Для тех же, кто оставался рядом с дьяволом, было важно не только продолжать сопротивление его козням, но и каким-либо образом посрамить Антихриста. И вот тут-то и приходило на помощь чувство юмора.

В 1724 году была фактически введена система паспортов. Петровский указ строго запрещал любые перемещения крестьян по стране без «письменных отпусков за руками помещиков» или «за руками прикащиков и приходскаго священника». Стоит ли говорить, что данное нововведение, по мнению старообрядцев, являлось очередными происками дьявола. Однако некоторые из них, дабы посрамить Антихриста, иногда запасались фальшивыми юмористическими паспортами следующего содержания.

Ну, чем не юмор времён Советского Союза!

Один из шедевров абстрактного экспрессионизма — картина Роберта Мазервелла (1915—1991) «Элегия об Испанской республике, номер 110» (1971)

Триптих Фрэнсиса Бэкона «Три наброска к портрету Люсьена Фрейда» был продан 12 ноября на нью-йоркских торгах аукционного дома Christie’s за рекордную сумму в 142,4 миллиона долларов.

Картина Бэкона стала самым дорогим произведением искусства, когда-либо проданным на аукционе. Предыдущий рекорд принадлежал картине из серии «Крик» норвежского художника Эдварда Мунка, которая была продана за 119,9 миллиона долларов на аукционе Sotheby’s в мае 2012 года.

Картина была написана Бэконом в 1969 году в Лондонском Королевском колледже искусств после того, как студия Бэкона была уничтожена в результате пожара. На картине изображен британский художник Люсьен Фрейд, который в течение почти 30 лет был близким другом Бэкона и неоднократно ему позировал. Второй вариант триптиха с изображением Фрейда, написанный в 1965 году, был в 2011 году продан на аукционе Sotheby’s за 36,8 миллиона долларов.

Так звучит одна из последних новостей мира искусства.

Народ недоумевает, не может понять, в чём фишка. Вроде бы нормальный, адекватный человек этот Фрэнсис Бэкон, а поди ж ты. Не иначе курил что-нибудь, грибами галлюциногенными баловался или, того хуже, до поры до времени прикидывался нормальным, а когда стало невмоготу, показался миру во всей своей шизофренической красе. Загадка! А между тем никакой загадки нет.

Предприимчивые дельцы, простите, бизнесмены давно сделали искусство сферой получения баснословных прибылей.

Берётся художник (не имеет никакого значения, талантливый или бездарный), вкладываются деньги в его информационную раскрутку, а потом приходит время собирать урожай. Но при этом необходимо убедить публику, что художник-то гениальный, что раскручивают его корифеи современного искусства, а те, кто этого не понимают — тупые неразвитые люди, которым расти и расти, учиться и учиться, чтобы хоть немного возвыситься до уровня Божественного Гения. Не верите? Тогда послушайте, что говорит профессионал.

Мнение профессионала

В одном из интервью российский художник Михаил Шемякин, отвечая на вопросы о современном искусстве, нарисовал такую весьма неприглядную картину.

На сегодняшний день нувориши покупают не произведения искусства, они покупают определенное место в высшее общество. Взять, к примеру, украинского миллиардера Пинчука. Он сделал очень умный шаг. Он сделал первую выставку Дэ́мьена Хёрста, подружился с крестными отцами художественной мафии — самым известным в мире арт-дилером Ларри Гагосяном и самым известным коллекционером современного искусства Чарльзом Саачи.
Последний пользуется услугами Гагосяна для приобретения новых работ — оба доны Корлеоне от искусства. Пинчук купил помещение, сделал Музей современного искусства. Показал украинцам разрезанные части коров, помещенные в спирт. После всего этого он сразу стал одним из ведущих коллекционеров.
Сегодня вы открываете журнал по искусству: Пинчук во всей красе с крупнейшими директорами музеев в обнимку, работы из его коллекции расходятся по галереям. Идет большая игра. Из обычного нувориша он превратился в знаковую фигуру современного искусства. Эти люди не обладают большим интеллектом, да он им и не нужен. Это люди денег, люди бизнеса, люди наживы.
Но когда у вас много денег, которые вы заработали на угле или на туалетной бумаге, вам же хочется попасть, что называется, в higher society. Денег много, а что толку, вас в высшее общество не пускают. А там кипит жизнь, все сильные мира сего, какие-то тусовки, а ты никто, а денег много. Таким образом, эти люди покупают себе билет в высший свет.

<…>

Для того чтобы по-настоящему разбираться в современном искусстве, нужно обладать определенным интеллектом, познаниями, а когда человек абсолютно беспомощен и не понимает, что хорошо, а что плохо, а хочется проникнуть в высший свет, вот его, как глупого карася, и ловят такие хитрые психологи, как Гагосян и Саачи.
При этом пострадать могут не только новоявленные коллекционеры, но и сами дутые художники. Саачи одно время коллекционировал Джулиана Шнабеля, и что-то там у них разладилось, и Гагосян просто продал его работы. Как только западный художественный мир узнал об этом, карьера этого художника пошла прахом. Поэтому арт-дилер может художника открыть, а может и закрыть. Все зависит от настроения или от сексуальных аспектов, потому что много галерейщиков и художников гомосексуалистов. Тут еще имеет место и постельный вопрос.

<…>

Русские миллионеры не так много покупают, посмотрите каталоги Christie’s и Sotheby’s — десятки жутких художеств продаются за сотни миллионов. Покупают в основном западные коллекционеры. Представьте себе мультимиллионера из Техаса, он сделал свои деньги на бычьей печенке, а ему хочется тоже быть уважаемым человеком.
Ему в глубине души плевать на эти картины. Он когда их покупает, в ужасе думает: «Что я делаю?!» 90 % покупателей никогда эти вещи даже не ввозят в свои дома. Есть специальные склады для хранения произведений искусств. А через 2—3 года все это снова выставляется на продажу, и человек, ничего не делая, зарабатывает на разнице несколько миллионов долларов. Ни один банк не дает таких процентов!

Так считает профессионал, мнение же зрителя можно выразить следующим образом.

Мнение зрителя

Средь одобрений и похвал
Один эксперт дурного вкуса
Сердито с кафедры вещал
О дикости великоруса.

Се есть убогий маргинал,
Тупица, сволочь, азиопа,
Ему не нужен идеал,
А равно — Запад и Европа.

На Западе уже давно —
И этот факт мы все узрели —
В чести духовное говно,
А не шедевры Рафаэля.

Искусство движется вперёд
Без всякой творческой подсказки,
Когда разумный идиот
Хватает кисть, мольберт и краски,

Гоняет краски по холсту,
Чтоб было весело и вкусно,
И… созидает КРАСОТУ
Концептуального искусства.

Неужто мир сошёл с ума
От жизни сладкого избытка?
И ценится кусок дерьма
Дороже золотого слитка?

Сошёл. Куда ни кинешь взгляд,
Хоть волком вой, хоть выпей водки,
Везде — духовный суррогат,
Везде — сплошные марки ротки.

Послушайте, месье эстет,
Тупицу, сволочь, маргинала:
Искусство делает Поэт,
А не кретин, и для начала

Как божий дар Творцу дано
И мастерство, и вдохновенье…
Но Вам, как видно, всё равно,
И наплевать на чьё-то мненье.

Ну что ж, пусть западный вандал
Благословит искусство ваше,
А я, поверьте мне, устал
Всё время тыкаться в парашу.