Выдающиеся русские гитаристы-семиструнники Семён Николаевич Аксёнов (справа) и Андрей Осипович Сихра. Зарисовка с натуры художника Григория Чернецова (1832)

Выдающимся представителем школы А. Сихры был Семен Николаевич Аксенов (1784—1853). Известный историк гитарного искусства М. Стахович писал о С. Аксенове: «Он был одарен боль­шою музыкальною способностью, и вместе с учите­лем своим — Сихрою, начал совершенствовать новоизобретенный инструмент. Сихра писал для Аксенова первые трудные вещи для гитары, которые другим ученикам были еще не под силу, а вместе с тем и сам совершенствовался как писатель и как исполнитель»¹.

Действительно, свои первые технически труд­ные произведения «Экзерсисы», изданные в 1817 году, А. Сихра посвящает С. Аксенову. Эти пьесы, по словам М. Стаховича, «кроме высокого музы­кального достоинства, исчерпывают все аппли­катуры и все пассажи, могущие придать игре ход свободный и широкий»².

Ввиду красноречивости этого посвящения, мы приводим его полностью.

«Любезный друг! Я имел удовольствие быть твоим руководителем в музыке. Дарования твои увенчались лучшим успехом, и в возмездие за труды ты полюбил меня. Посвящение экзерсисий моих да послужит доказательством, что Сихра находит славу свою в таланте Аксенова, а честь — в дружбе его»³.

М. Стахович очень высоко оценивал роль С. Аксенова в формировании национальных тради­ций в искусстве игры на семиструнной гитаре: «Он с первой поры оказал большие успехи и помог Сихре усовершенствовать его новый инструмент, но как русский, он первый с любовью начал обрабатывать на гитаре русские песни. С ним вместе и Сихра писал русские песни для гитары. К этому периоду вероятно относятся его велико­лепные пьесы „Среди долины ровныя”, „Чем тебя я огорчила” и другие вариации на русские темы…» Однако Стахович отмечал и существен­ные различия в исполнительстве Сихры и Аксе­нова: «В своих вариациях он (Аксенов — А. Ш.) первый начал употреблять особенно роскошные лигаты, и в этом они разошлись с Сихрою. Сихра не одобрял слишком больших требований певу­чести от гитары, которая, казалось ему, выходи­ла у Аксенова за пределы средств инструмента; он называл это „цыганщиной”, но Аксенов остался при этом направлении: вибрации и лигаты покрывал он густыми аккордами и составил свой особый род игры и свой особый род фантазирования, в котором в свое время никто не мог с ним рав­няться. Но с этим вместе он уклонился от даль­нейшего совершенствования игры в пассажах правой руки, которые так далеко повел Сихра»⁴.

Обладая пытливым умом, Аксенов искал новые средства выразительности, обогащал музы­кальную палитру инструмента. Он первым стал применять на гитаре искусственные флажолеты и вообще был удивительным мастером звуко­подражания. Пение птиц, звук барабана, пере­звон колоколов, приближающийся и удаляющийся хор — все это можно было явственно представить, когда он брал в руки гитару. Этими звуковыми эффектами он приводил слушателей в изумле­ние.

С. Н. Аксенов родился в семье рязанского по­мещика. Получив неплохое домашнее образова­ние, семнадцатилетним юношей Аксенов в 1801 году приехал в Москву, где началась его служба в провиантском ведомстве. В 1810 году Аксенов вышел в отставку и уехал в Петербург. Вскоре он вновь определился на службу — в Лес­ной департамент, а в 1811 году перешел в кон­тору адресов.

В Петербурге Аксенов знакомится с большим любителем музыки генералом С. К. Вязмитиновым (позднее — военным министром и председате­лем Комитета министров). Под покровительством высокопоставленного любителя музыки Аксенов довольно быстро стал подниматься по чинов­ничьей иерархической лестнице. С 1819 года он — чиновник для особых поручений при генерале Абакумове, с 1823 года по 1827-й — чиновник для особых поручений при Военном министерстве, с 1828 года по 1830-й в комиссариатском департа­менте Морского министерства, а с того же года и до отставки — член общего присутствия департа­мента (должность довольно высокая). Такова биография Аксенова-чиновника.

По-иному сложилась судьба С. Аксенова-ги­тариста. Вместе с А. Сихрой он превращает семи­струнную гитару в концертный инструмент, увле­кает учителя на путь глубокой разработки фоль­клорного материала, открывает новые грани ги­тарного искусства.

В Москве Аксенов почитался лучшим гита­ристом-виртуозом. Гитара и любовь к литературе (он был близок к литературным кругам, а с 1818 года состоял членом Вольного общества любите­лей словесности) привели его в дом известного литератора М. Хераскова, где он и познакомился с М. Высотским, ставшим его учеником.

Поселившись в Петербурге. С. Аксенов в 1814 году стал выпускать «Новый журнал для семиструнной гитары, посвященный любителям музыки». В первом номере журнала были опуб­ликованы его вариации на темы русских песен, в том числе на популярнейшую — «Среди долины ровныя», на темы оперы «Свадьба Фигаро» В. А. Моцарта, а также романс «Уж все весну встречает» для голоса в сопровождении гитары. Это был не единственный опыт С. Аксенова такого рода — он писал романсы на стихи поэтов-совре­менников: «Цветы — одно мне утешенье», «Я не скажу тебе — люблю», «Ты песенки желала, Хлоя» и другие. Хотя эти сочинения предназначены для пения в сопровождении фортепиано, характер аккомпанемента — типично гитарный.

В связи с вокальными опытами С. Аксенова интересна мысль, высказанная в «Очерках по истории русской музыки»: „До сих пор почти не изучено творчество композиторов-гитаристов, сыгравших видную роль в развитии русского романса. В этом отношении нельзя не указать на вокальные пьесы лучшего ученика знаменитого Сихры — С. Н. Аксенова. Его сентиментальный романс «К цветам» на слова поэта Ф. Н. Глинки, близкого к декабристскому движению, отличает­ся не только ясной мелодичностью, но и относи­тельным разнообразием фактуры»⁵.

Кроме уже упомянутого журнала С. Аксенов издавал и отдельные пьесы, например, вариации на темы русских песен «Ах,что ж ты, голубчик», «Винят меня в народе», вариации на тему Дюссека «Охота», на тему Маурера и другие.

Усилиями С. Аксенова были изданы и «Экзер­сисы» А. Сихры: он взял на себя расходы по печа­танию и хлопоты по их распространению. Был, видимо, риск, что эти столь сложные пьесы не найдут спроса. Поэтому Аксенов накануне выхода «Экзерсисов» дал рекламное объявление в «Московских Ведомостях» (1817, № 21): «Господин Сихра, столь известный любителям гитарной музыки по талантам, по искусству, по практиче­скому и подробному сведению сего инструмента, сочинил ныне для оного четыре больших экзерсисии в тонах do, sol и re major и si mineur. Сим сочинением русская семиструнная гитара смело может гордиться пред всеми доселе известными в свете этюдами, экзерсисиями и школами, изданными на гитару. Экэерсисии г. Сихры вый­дут в свет под названием: „Практические прави­ла играть на гитаре в четырех больших экзерсисиях состоящих” и составят очень немалое издание. Правила сии рекомендуются всем знато­кам, любителям и обучающимся на гитаре. Толь­ко долговременная опытность и деятельность могут производить такие редкие сочинения, еще более заслуживающие внимания и уважения потому, что они сделаны для инструмента весь­ма нового. В четырех экзерсисиях г. Сихры нахо­дятся те же приятности, те же красоты и то же искусство музыки, чем славятся другие инстру­менты, давно обработанные, и чем гитара стала наряду с ними. Соединение гармонии с мелодиею в сих экзерсисиях, искусственные переходы из тона в другой составляют для слуха прелест­ную цепь музыкальных модуляций, везде обду­манных и приноровленных. Все пассажи в сих экзерсисиях, как в классическом сочинении, означены цифрами, показывающими лады и паль­цы. Надобно прибавить, что оно весьма способно и полезно также для гитар шестиструнной и пятиструнной. Я смело могу назвать сие сочине­ние музыкальным источником, в коем всяк най­дет пользу. Это ключ к тайне играть искусно на приятнейшем инструменте…»

Конечно, С. Аксенов видел очевидную поль­зу в этих больших произведениях для развития семиструнной гитары, но он также знал, что публика не привыкла к публикациям сочинений такого рода и потому тревожился за судьбу уникального технического эксперимента А. Сихры.

В 1819 году Аксенов, учитывая все возраста­ющую популярность семиструнной гитары и от­сутствие доступных пособий для самообучения, переиздал Школу И. Гельда. По заказу книготорговца В. Плавилыцикова она вышла под названи­ем «Школа семиструнной гитары Игнатия фон Гельда, рассмотренная и дополненная С. Аксе­новым». В эту школу он поместил собственную главу — «Способ играть на гитаре гармонически­ми звуками», где дал объяснение, как исполнять на гитаре натуральные и искусственные флажо­леты. Включил он в Школу И. Гельда также собственные пьесы, этюды и обработки. Отметим, что данное учебное пособие от дополнений, сделанных С. Аксеновым, выиграло и в художественном, и в методическом отношении.

Введение Аксеновым искусственных флажо­летов вызвало в музыкальных кругах восторжен­ную реакцию. Журнал «Отечественные записки» отозвался на это так: «Нынче известный люби­тель и отличный игрок на гитаре С. Н. Аксенов открыл способ разыгрывать на сем инструменте гармонические все ноты. До сего известны были единственно три лада — 4,5, 7⁶, издающие флажолетные звуки. С. Аксенов распространил их на все полутоны, привел в систему и приспособил так, что всякий, игравший на гитаре, легко может постичь сие открытие, коль скоро со вни­манием изучит описание оного, помещенное в новой гитарной школе… Любители гармонии с благодарностью узнают о сем открытии, ибо ничто не может быть приятнее флажолетных зву­ков на гитаре: она тогда делается нежнее духо­вых инструментов»⁷. Примечательно, что гита­рист Фоссэ дополнил Школу Д. Агуадо искусствен­ными флажолетами только в 1827 году.

В 30-е годы Аксенов, с горечью наблюдая падение интереса к гитаре, оставляет ее. М. Стахович по этому поводу писал: «Раз в Лебедян­ской ярмарке встретили его некоторые из моих соседей в гостинице, где пели цыгане. Сидя один в углу, Аксенов взял было гитару и бога­тыми аккордами начал наигрывать цыганскую песню „Ты не поверишь”. Только что вошли в ту комнату другие, привлеченные необыкновенными звуками его игры, он положил гитару и ушел. В последнее время его жизни редко кому удава­лось его слышать, и то слишком близким людям или родственникам. По их отзывам игра его была необыкновенна. Но случаи эти были слишком редки: обманом, как рассказывали мне, добыва­ли забытую им превосходную гитару (гитара работы знаменитого крепостного мастера И. А. Батова — А. Ш.) из ящика, переносили из комнаты в комнату, чтоб он не догадался и чтоб сам слу­чайно взял ее и, играя, зафантазировался. Тогда только можно было его слышать»⁸.

Умер С. Аксенов в селе Лошаки Рязанской губернии, похоронен в селе Хитрово. На мрамор­ном памятнике начертано: «Здесь погребено тело полковника Семена Николаевича Аксенова, скончавшегося 1853 года мая 30 на 69 году от роду». А ниже: «Боже, суди меня не по беззако­ниям моим, а по милосердию своему».

Примечания:

¹ Стахович М. История семиструнной гитары. Спб., 1864.
² Там же.
³ Там же.
⁴ Там же.
⁵ Очерки по истории русской музыки/Под ред. М. С. Друскина и Ю. В. Келдыша. Л. 1956. С. 105.
⁶ Лады указаны в журнале ошибочно. Натуральные фла­жолеты извлекаются на 5, 7 и 12 ладах.
⁷ Отечественные записки. — Прим. авт. 1821. Ч. 5. С. 118—119.
⁸ Стахович М. История семиструнной гитары. С. 9—10.

Источник: А. Ширялин. Семен Николаевич Аксенов // Музыкальный альманах. Выпуск 2. Гитара. М., 1990

Выдающийся русский гитарист, композитор, лексикограф и литератор Николай Петрович Макаров (1810—1890)

В октябре 1856 года в Брюсселе состоялся международный конкурс композиторов, пишущих для гитары, и мастеров, создающих эти инстру­менты. Он имел большой резонанс не только в Бельгии, но и в других европейских странах. По существу, это первое творческое соревнование такого рода стало прообразом современных музыкальных конкурсов, получивших уже в нашем сто­летии широчайшее распространение по всему миру. Организатором и идейным вдохновителем брюссельского состязания был замечательный русский гитарист Николай Петрович Макаров, вложивший в него не только свою волю и энергию, но и немалые личные материальные средства.

Имя Н. П. Макарова было весьма известным в XIX веке всем, кто имел отношение к гитаре, любил ее негромкий, но в умелых руках вырази­тельный голос. Во многих отношениях музыкаль­ная судьба Макарова была типичной для судеб русских композиторов и исполнителей, начав­ших свой творческий путь в первой трети прош­лого столетия, когда профессиональных музы­кально-учебных заведений в России не существовало.

Николай Петрович родился 4 февраля 1810 го­да в Чухломе, небольшом уездном городке Костромской губернии. Еще в детстве (он принад­лежал к достаточно известному старинному дворянскому роду), услышав звучание небольшо­го оркестра, Макаров на всю жизнь полюбил музыку. Тогда же мальчик начал учиться игре на скрипке у одного из крепостных музыкантов.

В 1826 году юноша поступил в Варшавскую школу гвардейских подпрапорщиков. Учеба в военном учебном заведении оставляла совсем немного свободного времени, однако Н. Макаров все же продолжал упражняться на скрипке. Настоящим художественным потрясением стали для юноши концерты Н. Паганини, прошедшие в Варшаве в 1829 году, на которые он попадал тайком, одетый в гражданское платье (воспитан­никам школы запрещалось посещение публичных концертов). Впоследствии он писал о своих впечатлениях от игры великого итальянского скрипача: «Я плакал, рыдал, слушая дивные зву­ки, извлекаемые волшебным смычком из вол­шебной скрипки этого гиганта исполнительской концертной музыки… Я возвратился из концерта в каком-то опьянении, не спал всю ночь: в ушах все еще слышались небесные звуки новейшего Орфея»¹.

Однако, скрипка все же не стала тем инстру­ментом, которому Макаров хотел посвятить свою жизнь, а музыка, нужно сказать, все сильнее увлекала молодого человека. Только в 1838 году, после выхода в отставку, он все внимание сосре­доточил на гитаре, вскоре ставшей подлинной музыкальной страстью Макарова.

«В то время, — отмечал он в своих воспомина­ниях, — скрипка была уже окончательно мною оставлена, а гитара все более и более входила у меня в милость, вскоре овладела всеми моими мыслями и чувствами и сделалась уже целью моей жизни, предметом ежедневных и самых усиленных занятий»².

Макаров обучался игре на гитаре совершенно самостоятельно, проявляя фантастическую рабо­тоспособность. Редко его ежедневные, включая и праздники, упражнения продолжались менее 10 часов. За короткое время 28-летний любитель поставил перед собой цель стать не только профессиональным музыкантом, но и исполнителем-виртуозом. Он самозабвенно разучивал экзерсисы, которые сам же и составлял, а также наиболее трудные места из сочинений известных гитарных композиторов. Однако существовавший в то время репертуар не удовлетворял Макарова, и он сам взялся за сочинение музыки. Конечно, его первые произведения были очень несовершенны, да собственно о каком совершенстве могла идти речь, если сам сочинитель никогда не занимался ни композицией, ни историей музыки. Его пер­вые опусы, особенно «Симфоническая фантазия», были чрезмерно перегружены виртуозными трудностями и эффектами, приобретавшими самодовлеющее значение.

Весной 1840 года Н. Макаров отправился в Петербург, чтобы познакомиться с ведущими музыкантами, которые бы прослушали его. Один из них — А. Сихра, замечательный исполнитель на семиструнной гитаре, так отозвался на исполне­ние Макаровым «Симфонической фантазии»: «Не только играть вашу фантазию, но и смотреть на нее страшно; ведь это музыкальные дерзости, которые едва ли сойдут вам с рук»³. Тогда же Н. Макаров познакомился с великим русским композитором А. С. Даргомыжским, настоятельно посоветовавшим начинающему музыканту серьез­но овладеть знаниями по гармонии и компози­ции. Зимой 1841 года Н. Макаров в течение меся­ца занимался с известным московским музыкан­том, капельмейстером Большого театра И. И. Иоганнисом. В том же году состоялся дебют гитариста на концертной эстраде. В зале Туль­ского дворянского собрания он с большим успе­хом исполнил первую часть 3-го концерта М. Джулиани. Партию фортепиано сыграла сестра А. Гри­боедова М. Дурново, по словам Н. Макарова, «превосходная пианистка-любительница и одна из лучших учениц и представительниц игры Филда»⁴.

Упорство в достижении поставленной цели и огромное трудолюбие не пропали даром: в игре на гитаре Н. Макаров достиг не только значитель­ных успехов, но и за удивительно короткий срок стал одним из лучших гитаристов своего времени. Когда в 1844 году он повторно играл А. Сихре свои произведения, старый мастер сказал: «Охот­но склоняюсь перед вами: вы сдержали гораздо более того, что мне обещала ваша прежняя игра. И фантазия ваша перестала теперь быть дерзостью»⁵.

Нетрудно предположить, что в ближайшем будущем большой талант и потрясающая работо­способность должны были принести Макарову серьезные успехи на избранном поприще. Однако в его жизнь властно вмешалось обстоятельство, не имевшее никакого отношения к музыке. Макарова, обладавшего немалым капиталом, уговорил войти в дело один купец. Четыре года продолжалась предпринимательская деятельность Макарова, пока он вновь не вернулся к люби­мым музыкальным занятиям. Возвращение к музыке было трудным, так как пришлось не только восстанавливать в какой-то мере утрачен­ное исполнительское мастерство, но и преодоле­вать негативное отношение со стороны довольно многочисленных любителей музыки, с которыми сталкивала его судьба. «Доходило иногда до того, — вспоминал Николай Петрович впослед­ствии, — что я хотел сжечь и гитару, и все мои сочинения и ноты, и навсегда отречься от музы­ки»⁶. Но, к счастью, этого не произошло. Макаров преодолел душевный разлад и довольно быстро вернул своей игре техническое совершенство и виртуозный блеск.

В конце 1851 года Макаров смог, наконец, осуществить давнюю мечту: побывать за грани­цей, чтобы продемонстрировать свое искусство лучшим зарубежным музыкантам. Майнц, Брюс­сель, Лондон, Париж, Вена, Берлин — вот те знаменитые центры европейской музыкальной культуры, где побывал он за время поездки и где познакомился со многими виднейшими гита­ристами. Искусство Макарова произвело очень сильное впечатление на зарубежных коллег. Его мастерство удостаивалось самых высоких оценок и лестных отзывов. Будучи в Вене, он неоднократ­но встречался с известным австрийским гита­ристом и композитором И. Мерцем, который познакомил его с целым рядом своих еще неизданных сочинений. «В пьесах же, — писал Макаров, — которые мне сыграл Мерц и которые прослушал я с возрастающим восторгом, было все: богатое содержание, основательное знание музыки, превосходная разработка и развитие идей, музыкальное единство, свежесть и широта стиля… наконец, глубокое изучение всех средств и тайн гитары»⁷. Последнее обстоятельство в глазах русского гитариста имело особую ценность. Николай Петрович и в своих сочинениях, и в исполнительстве постоянно искал пути совер­шенствования как приемов игры, так и самого инструмента. Венскому мастеру Шерцеру он зака­зывал гитары, имевшие удлиненный гриф, и с большим, чем обычно, количеством струн.

Поездка Н. Макарова по странам Европы, встречи с музыкантами все более убеждали его: гитарное искусство — и в творчестве, и в исполни­тельстве — переживает серьезный кризис. Желая возродить былой интерес к любимому инструмен­ту, он и решился на проведение международного конкурса гитаристов, о котором шла речь в начале статьи. Следует сказать, что далеко не всем в Брюсселе пришлась по душе идея с кон­курсом гитаристов. Но Н. Макаров не отступил от своего замысла и сумел привлечь к работе в жюри весьма авторитетных музыкантов. Русский гитарист делал все от него зависящее, чтобы привлечь к предстоящему конкурсу внимание как можно большего числа поклонников гитары: с отменным успехом он выступал в концертах, давал объявления в газетах, рассылал письма и приглашения. В брюссельской печати появились статьи, в которых искусство Макарова-гитариста оценивалось очень высоко. В одной из них отмечалось: «При первых звуках инструмента на лицах всех выразилось удивление, но вскоре оно должно было уступить свое место удовольствию слышать те мягкие, бархатные, чистые звуки, которые г. Макаров извлекает из своего чудесно­го инструмента. К этому главному достоинству своей игры г. Макаров присоединяет еще мно­жество побежденных трудностей и даже невозмож­ностей, … и все эти трудности он исполняет совер­шенно легко, и притом с самым скромным ви­дом… Г. Макаров отличается не только прекрас­ным, удивительным исполнением, но и своими сочинениями, плодами отличного знания своего дела. Его Мазурка очаровательна по мелодич­ности и живости, а его Венецианский карнавал может соперничать в оригинальности с лучшими произведениями в этом роде…»⁸.

Наконец, настал долгожданный день откры­тия конкурса, в котором приняли участие 37 композиторов и мастеров, представивших 64 сочи­нения для гитары и 7 инструментов. 1-я премия за лучшее произведение была присуждена незадолго до этого скончавшемуся Мерцу, 2-я — известному французскому гитаристу и компози­тору Н. Косту. Победителями конкурса мастеров были признаны австриец Шерцер — 1-я премия и петербургский мастер И. Ф. Архузен — 2-я премия. Правда, сам Макаров достаточно критически оценивал творческие итоги брюссельского конкур­са, который, по его мнению, «не вполне достиг своей цели: он не открыл ни одного нового компо­зитора с огромным талантом, который бы мог с честию занять место покойного Мерца»⁹. Но это, разумеется, нисколько не умаляет действительно больших заслуг Макарова, сделавшего поистине все от него зависевшее для возрождения интере­са к гитаре у широких кругов музыкантов-профессионалов и любителей. «Дай Бог, — писал он, — чтобы кто-нибудь другой был счастливее меня. Но едва ли возможно быть настойчивее, терпеливее и бескорыстнее, чем я. Едва ли кто сумеет и сможет в продолжение восемнадцати лет бороться и с равнодушием своих соотичей, и с недоброжелательством своих собратий по инструменту, бороться и с тысячами других препятствий и не пасть духом, а смело идти и придти к предложенной цели»¹⁰.

Титульный лист десятого издания полного русско-французского словаря, составленного и изданного Николаем Макаровым

Впереди у Макарова было немало жизненных невзгод и разочарований. Вскоре

после конкурса, а он стал своего рода «звездным часом» Макаро­ва, его ждало разорение. Но Николай Петрович, будучи человеком разносторонне одаренным и увлекающимся, не сдался. Его новой страстью стала литературная деятельность. Он составил и издал Полный русско-французский и француз­ско-русский словарь, Международные французско-русский и русско-французский словари для сред­них учебных заведений, Энциклопедию ума или словарь избранных мыслей авторов всех народов и всех веков, сборник латинских, итальянских и английских поговорок, пословиц и текстов из разных писателей. В 1874 году Макаров опубли­ковал на русском и французском языках «Несколько правил высшей гитарной игры», в кото­рых сформулировал свои взгляды на этот пред­мет.

Перу Н. Макарова принадлежат и мемуарные, и художественные сочинения. Так, в 1859 году, в издававшемся Н. Некрасовым журнале «Современ­ник» были опубликованы его воспоминания. В 1882 году Н. Макаров издал свой двухтомный труд с весьма пространным названием — «Мои семидесятилетние воспоминания и с тем вместе моя полная предсмертная исповедь», где подроб­но осветил свою жизнь, события, оставившие в его памяти особенно глубокий след.

Бесспорно, Николай Петрович Макаров — личность чрезвычайно самобытная и колоритная. В развитие русской художественной культуры он внес свой, безусловно, ценный личный вклад. Знакомство с судьбами таких людей обогащает наше представление о прошлом отечественной культуры, помогает нашему сознанию более рель­ефно и выпукло представить некоторые несправед­ливо забытые ее страницы.

Примечания:

¹ Музыка гитариста. 1909. №1. С. 8.
² Там же.
³ Музыка гитариста. 1909. № 1. С. 9.
⁴ Музыка гитариста. 1909. № 1. С. 10.
⁵ Там же.
⁶ Музыка гитариста. 1909. №3. С. 32.
⁷ Музыка гитариста. 1910. № 2. С. 20.
⁸ Цит. по: Вольман Б. Гитара в России. Очерк истории гитарного искусства. Л., 1961. С. 117.
⁹ Музыка гитариста. 1910. № 11 -12. С. 144.
¹⁰ Там же.

Источник: А. Назаров. Николай Петрович Макаров // Музыкальный альманах. Выпуск 2. Гитара. М., 1990

Выдающийся русский гитарист, композитор и педагог Михаил Высотский (1791—1837)

Михаил Тимофеевич Высотский родился в 1791 году под Москвой, в имении известного поэта М. Хераскова, автора поэмы «Россияда». В дет­стве одаренному мальчику, сыну крепостного, уда­лось получить несколько уроков игры на семиструн­ной гитаре у гитариста-виртуоза и композитора С. Аксенова, лучшего ученика А. Сихры. Вскоре после Отечественной войны 1812 года молодой Вы­сотский получил «вольную» и поселился в Москве, где сразу приобрел известность и популярность сре­ди московской публики. Он много выступает с кон­цертами, сочиняет музыку, занимается с учениками. Здесь же знакомится со многими выдающимися русскими поэтами, музыкантами, художниками. Среди почитателей его таланта — А. Пушкин, М. Лермонтов, А. Дельвиг, А. Григорьев, М. Стахович. Юный Лермонтов, очарованный изумитель­ными импровизациями Высотского, посвящает ему свое стихотворение «Звуки»:

Что за звуки! Неподвижен, внемлю
Сладким звукам я;
Забываю вечность, небо, землю,
Самого себя…

«Гениальным самородком» назвал музыканта поэт Аполлон Григорьев, а ученик Высотского, из­вестный гитарист И. Ляхов так отзывался об испол­нительской манере учителя: «Игра Высотского бы­ла непостижима, непередаваема и оставляла такое сильное впечатление, которое не передать никаки­ми нотами и словами. Он никогда не повторялся и одну и ту же тему играл каждый раз все с новыми и новыми вариациями, одна другой лучше, бога­че…»¹

Гитарист и историограф гитары В. Русанов под­черкивал, что необыкновенное техническое мастер­ство Высотского прекрасно сочеталось с «нежной задушевностью и певучестью».

Уникальный импровизаторский дар музыканта, глубокое проникновение в самую суть музыки, пе­вучесть, столь близкая природе русской народной песни, производили сильнейшее впечатление на всех слушавших его.

М. Высотским создано более восьмидесяти про­изведений для семиструнной гитары, многие из ко­торых, к сожалению, не дошли до нас (были утеря­ны случайными обладателями его рукописей или не были записаны им самим). В основном это ва­риации и фантазии на темы русских песен. Композитор не писал больших вариационных циклов: обычно всю композицию составляли четыре-пять вариаций, где каждая вариация — законченная ми­ниатюра.

Музыкальному языку Высотского присущи про­стота и лаконизм. В отличие от многих современ­ных ему гитаристов-композиторов, он скупо рас­цвечивал ткань своих произведений трелями, груп­петто, мордентами, бравурными пассажами. Пер­вым из русских гитаристов он стал применять в своих вариациях органный пункт. При варьировании темы Высотский использует различные элемен­ты подголосочной полифонии, разнообразную слож­ную ритмику. Особенно выразительны у него мед­ленные, «скрипичные» по фактуре вариации, кото­рые современники называли «молитвенными ада­жио».

Делает он и переложения для семиструнной ги­тары произведений Моцарта, Бетховена, Фильда, Крамера и других композиторов.

Все свои силы мастер отдавал служению музы­кальному искусству. В своем творчестве, исполни­тельском и композиторском, Высотский опирался на богатейшие фольклорные традиции народа, чер­пая вдохновение в русской песне.

Семиструнная гитара времён А. Сихры и М. Высотского

Он живо интересовался произведениями как отечественных, так и западноевропейских компози­торов. Особое восхищение вызывало у него твор­чество Баха, музыку которого он впервые услышал в исполнении пианистов Фильда и Дюбюка.

Жизнь замечательного музыканта не богата внешними событиями. Он постоянно живет в Мос­кве, имеет большую семью, испытывает немалые жизненные невзгоды, часто нуждается, особенно в конце жизни.

В 1836 году, всего за год до преждевременной кончины, издается его «Практическая школа семи­струнной гитары», которая сыграла значительную роль в обучении молодых музыкантов. Она неодно­кратно переиздавалась уже после смерти автора.

Произведения М. Высотского вошли в золотой фонд гитарной литературы и всегда будут радовать любителей музыки своей искренностью, проникно­венной любовью к Родине.

Примечания

¹ Иванов М.  Русская семиструнная гитара. М., 1948, с. 20.

Источник: А. Ширялин. Воспетый Лермонтовым. // Музыкальный альманах. Выпуск 1. Гитара. М., 1989

Шестиструнная (испанская) и семиструнная (русская) гитара

Гитара — один из самых любимых и популяр­ных инструментов во многих странах мира. Исто­рия гитарного искусства наполнена богатыми со­бытиями, творческими поисками, постоянным со­вершенствованием как самого инструмента, так и техники игры на нем.

Свой внешний вид, близкий к современному, ги­тара приняла лишь в XVIII веке. Ее предшествен­никами по праву считаются такие щипковые ин­струменты, как лютня, лира, греческая кифара, итальянская виола и испанская виуэла.

В настоящее время существуют несколько ос­новных разновидностей гитары: классическая ше­стиструнная («испанская»), семиструнная («русская»), а также «гавайская», джаз-гитара, электро­гитара.

Родиной наиболее распространенной в мире ше­стиструнной гитары является Испания, семиструн­ной — справедливо считается Россия.

Среди любителей гитарного искусства до сих пор не прекращаются дискуссии: какому из этих инструментов следует отдать предпочтение? Сто­ронники шестиструнной гитары указывают на боль­шие виртуозные возможности своего инструмента, на действительно значительные творческие удачи, достигнутые композиторами и исполнителями, использующими его. Поклонники семиструнной гита­ры также ссылаются на крупные достижения музы­кантов и традиции исполнительства, сложившиеся в художественной культуре России в XIX веке, подчеркивают близость инструмента природе рус­ской песни, народному мелосу. Они справедливо от­мечают то обстоятельство, что развитие жанра старинного русского романса с характерными для не­го мягким лиризмом и задушевностью, теплотой чувств, близостью к городскому фольклору нема­лым образом обязано семиструнной гитаре.

На наш взгляд, ответ на поставленные вопросы вполне однозначен: и шестиструнная гитара, и се­миструнная имеют свои достоинства и традиции, каждый из этих инструментов может решать разно­образные художественные задачи. Правомерность использования той или другой разновидности гита­ры может зависеть только от того, какие средства выразительности нужны композитору для воплоще­ния творческого замысла, какое образное содержа­ние он хочет раскрыть с ее помощью.

Гитарная литература имеет давнюю историю и свои традиции. Видное место в репертуаре гитари­стов занимают переложения произведений, напи­санных для других инструментов, а также для ее непосредственных предшественников, в частности для лютни.

Выдающийся испанский гитарист-виртуоз и педагог Андрес Торрес Сеговия (1893 - 1987), считающийся основателем современной академической школы игры на шестиструнной гитаре

С успехом интерпретируются гитаристами мно­гие скрипичные сочинения. Так, например, Андрес Сеговия является непревзойденным исполнителем труднейшей Чаконы И. С. Баха, одного из шедев­ров скрипичной музыки.

Но самое главное: для гитары существует по­стоянно пополняющийся оригинальный сольный ре­пертуар, состоящий из концертов, сонат, вариаций, пьес; она активно используется композиторами как ансамблевый и аккомпанирующий инструмент.

Важная роль в создании гитарного репертуара принадлежит испанским композиторам: Фернандо Сору (1778—1839), Франсиско Таррега Эйксеа (1852—1909), Мигуэлю Льобету (1878—1938), Эмилио Пухолю Вилларуби (р. 1886) и целому ряду других. Ими созданы талантливые произведения для гитары, стилистика которых оказала опреде­ленное влияние на фортепианные сочинения К. Де­бюсси, М. Равеля. Замечательные произведения для гитары написаны Н. Паганини, Ф. Шубертом, К. М. Вебером, Г. Берлиозом; в нашем столетии — М. де Фальей, А. Русселем, Д. Мийо, А. Жоливе, Э. Вила Лобосом, X. Родриго.

Целый ряд значительных произведений для ги­тары написан советскими композиторами. Среди них хочется назвать Концерт для гитары со струн­ным квартетом, кларнетом и литаврами Б. Асафь­ева, Сонату В. Шебалина. Произведения для гита­ры созданы И. Болдыревым, Ю. Объедовым, Л. Бирновым, Н. Чайкиным, Ю. Шишаковым, Г. Камалдиновым и другими композиторами.

Интересна история семиструнной гитары, полу­чившей широкое распространение в России. Она широко вошла в музыкальный быт. Без гитары не обходилось домашнее музицирование, под ее ак­компанемент пели романсы и песни, использовали как сольный и ансамблевый инструмент.

Расцвет искусства игры на семиструнной гита­ре связан с деятельностью А. Сихры (1773—1850) и М. Высотского (ок. 1791—1837), крупных му­зыкантов своего времени. Они пользовались симпатией и любовью русской публики, уважением и признательностью деятелей отечественной куль­туры.

Свой вклад в искусство игры на гитаре внесли ученики Сихры. Среди них необходимо отметить гитариста и композитора С. Аксенова (1784—1853), выпускавшего «Новый журнал для семи­струнной гитары, посвященный любителям музы­ки»; В. Свинцова (ум. ок. 1880 г.), ставшего одним из первых профессиональных исполнителей на се­миструнной гитаре; Ф. Циммермана (1810—1882), известного своими замечательными импровизациями; В. Моркова (1801—1864), автора произведе­ний и транскрипций для семиструнной гитары.

Развивается в России и искусство игры на ше­стиструнной гитаре. Замечательным исполнителем на ней был М. Соколовский (1818—1883), концерт­ная деятельность которого проходила с большим успехом как в России, так и во многих странах Ев­ропы. Значительной известностью пользовался так­же исполнитель и популяризатор классической ше­стиструнной гитары Н. Макаров (1810—1890).

Русский советский гитарист-виртуоз и педагог Пётр Спиридонович Агафошин (1874 - 1950)

Однако во второй половине XIX века и в стра­нах Европы, и в России наблюдается ослабление интереса к гитаре со стороны музыкантов-профессионалов, она все чаще рассматривается как ин­струмент, не имеющий большого художественного значения, а следовательно, и не заслуживающий внимания, ее выразительные возможности и своеобразие недооцениваются.

Новый расцвет гитарного искусства происходит уже в XX веке и затрагивает все сферы: сочинение музыки, исполнительство, педагогику. Гитара за­нимает равноправное наряду с другими инструмен­тами место на концертной эстраде. Для пропаган­ды гитарного искусства и деятельности музыкантов-гитаристов в России начинают издаваться специальные журналы: «Гитарист», «Музыка гитариста». В них содержатся сведения, не потерявшие своего значения и в наше время.

В последние десятилетия в разных странах про­водятся международные конкурсы и фестивали ги­таристов, классы гитары открыты во многих акаде­миях музыки и консерваториях, функционируют многочисленные общества и ассоциации исполните­лей, профессионалов и любителей, издается спе­циальная книжная и нотная литература. Гитарная музыка постоянно звучит по радио и телевидению, записывается на грампластинки и компакт-кассеты.

Ведущее место среди гитаристов нашего столе­тия заслуженно принадлежит великому испанскому музыканту Андресу Сеговии (р. 1893). Его много­гранная исполнительская, педагогическая, просве­тительская деятельность, создание транскрипций оказали огромное влияние на дальнейшее развитие гитарного искусства.

Неоднократно Сеговия посещал Советский Со­юз. Его концерты, проходившие всегда с успехом, способствовали возрождению у нас в стране инте­реса к гитаре, ярчайшим образом продемонстриро­вали значительные технические и художественные возможности инструмента, стимулировали исполни­тельскую, педагогическую и композиторскую деятельность таких советских музыкантов, как П. Агафошин (1874—1950), П. Исаков (1886—1958), В. Яшнев (1879—1962), А. Иванов-Крамской (1912—1973).

Советский гитарист-виртуоз и педагог Александр Михайлович Иванов-Крамской (1912 - 1973)

Особенно хочется отметить значение для разви­тия советской гитарной школы заслуженного арти­ста РСФСР Александра Михайловича Иванова-Крамского. Автор двух концертов для гитары с ор­кестром и свыше ста пьес для этого инструмента, А. Иванов-Крамской успешно сочетал концертную деятельность, записи на радио и грампластинки — с педагогикой. В стенах музыкального училища при Московской государственной консерватории имени П. И. Чайковского им подготовлен целый ряд интересных музыкантов. А. Ивановым-Крам­ским выпущена «Школа игры на шестиструнной ги­таре», сыгравшая важную роль в деле подготовки молодых гитаристов.

В настоящее время активно пропагандируют классическую шестиструнную гитару П. Вещицкий, Н. Комолятов, Е. Ларичев, А. Фраучи, Б. Хлоповский и многие другие гитаристы.

В развитие и пропаганду семиструнной гитары большой вклад внесли В. Сазонов (1912—1969), М. Иванов (1889—1953), В. Юрьев (1881—1962); в наши дни — Б. Окунев, С. Орехов, Л. Менро и ряд других музыкантов.

В нашей стране в концертной практике исполь­зуется и шестиструнная, и семиструнная гитара. Осуществляется обучение в ряде высших и средних специальных учебных заведений, во многих детских и вечерних музыкальных школах, студиях и круж­ках при Дворцах пионеров и школьников и клуб­ных учреждениях.

Постоянно развивается искусство игры на гита­ре за рубежом. Известностью пользуются М. Зе­ленка, В. Микулка (ЧССР), Л. Сендреи-Карпер (ВНР); 3. Беренд (ФРГ), Л. Брауэр (Куба), Д. Бланке, М. Кубедо, А. Мембрадо (Испания), Д. Брим, Д. Вильямс (Великобритания), М. Л. Анидо, Э. Битетти (Аргентина), А. Диас (Венесуэла) и многие другие исполнители.

С развитием в XX веке джазовой и эстрадной инструментальной музыки получила широкое рас­пространение и джазовая гитара, ставшая в 30-е годы электромузыкальным инструментом. Она при­меняется в самых разнообразных джазовых и эст­радных ансамблях и оркестрах, фольклорных кол­лективах, на ней исполняются и сольные произве­дения.

В нашей стране развитие джазовой гитары свя­зано с именами отца и сына Кузнецовых, Алексея Якушева, Станислава Каширина и целого ряда дру­гих музыкантов.

Гитара является одним из основных инструмен­тов в вокально-инструментальных ансамблях. Она используется солистами и ансамблями, исполняющими песни борьбы за мир, за национальную не­зависимость против империалистического угне­тения.

Яркий пример воздействия на сердца и умы лю­дей — искусство чилийского певца и гитариста Вик­тора Хары, отдавшего жизнь в борьбе за демокра­тию и социальный прогресс своей родины.

Гитарное искусство постоянно развивается, ли­тература для этого инструмента все время попол­няется новыми оригинальными произведениями в самых различных жанрах. Большая популярность гитары, ее значительные виртуозные и выразитель­ные возможности дают основание предполагать дальнейший расцвет искусства игры на этом демо­кратичном инструменте.

Источник: А. Назаров. О гитаре. // Музыкальный альманах. Выпуск 1. Гитара. М., 1989

Семиструнная гитара с классическим корпусом, выполненная по образцу конца XIX века из красного дерева, клёна, венге и ели

Своеобразны и самобытны пути развития гитар­ного искусства в России. Будучи пятиструнной, ги­тара была завезена в Россию итальянскими музы­кантами в XVIII веке, однако распространения не получила, оставаясь экзотическим украшением. Позднее, в начале XIX века, русская публика зна­комится с «испанской» шестиструнной гитарой, к тому времени ставшей достаточно популярной в Европе. Представлена она была в России извест­ными зарубежными музыкантами-гитаристами М. Джулиани, Ф. Сором и другими.

Победа в Отечественной войне 1812 года чрез­вычайно ускорила рост национального самосозна­ния, вызвала подъем патриотических чувств и наст­роений во всех слоях общества. Стремительно рас­тет интерес к историческому прошлому Родины, к народному творчеству, в частности к народной пес­не. Широчайшую популярность приобретает город­ской романс. Основываясь на бытовом фольклоре, он представляет своеобразный пласт русской музы­кальной культуры с характерным строем и мело­сом, с присущими только ему выразительными сред­ствами.

Академик Б. Асафьев писал по этому поводу в своей работе «Музыкальная форма как процесс»: «Еще не было психологического реализма с его ана­лизом личной душевной жизни, еще не неистовство­вали романтики, выдвигая культуру чувства, а мас­са уже жаждала слышать „простую речь” и мело­дику сердечную и волнующую; ибо приближалось господство семейственности, чувствительности, культа „простых нравов” простодушных людей и „домашности”, умиления перед природой, тихой созерцательности. Соответствующие всему этому ин­тонации вызвали в музыке романсовый мелос, за­душевный, сердечный; и слова, и мелодия, большей частью не притязавшая на длительное развитие, овеяны были единым интонационным строем — „звучанием от сердца к сердцу”»¹.

Появившаяся в последнее десятилетие XVIII века семиструнная гитара своим гармоническим строем и тембровым колоритом оказалась очень близкой природе русской народной песни и возник­шему на ее основе жанру городского романса. Ее использование для сопровождения голоса давало возможность наиболее тонко выявить лиризм ин­тимных переживаний, составляющих основную те­матику городского романса. Лучшие произведения этого жанра, созданные А. Алябьевым, А. Варламовым, Титовыми и другими талантливыми компо­зиторами, вошли в золотой фонд русской музыки.

Русские музыканты, понимая, какие большие возможности заложены в семиструнной гитаре, на­чинают создавать для нее и сольный репертуар. Вначале они перекладывают для нее отрывки из популярных опер и других произведений русских и зарубежных композиторов. Затем создают вариа­ционные циклы, достаточно сложные по фактуре и концертные по характеру, в основу которых кладут народные мелодии. (В качестве яркого примера назовем вариационный цикл А. Сихры на тему рус­ской песни «Среди долины ровныя».) Помимо ва­риаций создаются миниатюры, изящные и мелодичные, трогающие душу простого русского человека. Делаются также попытки создания крупной формы, в частности сонаты, концерта для гитары с ор­кестром.

Андрей Осипович Сихра

Русский гитарист-виртуоз и композитор Андрей Осипович Сихра (1773—1850)

Необычайная популярность семиструнной гита­ры привлекла к ней талантливых музыкантов. Вы­дающаяся роль в создании отечественной гитарной школы принадлежит Андрею Осиповичу Сихре. За­мечательный гитарист-виртуоз, талантливый ком­позитор, он бесспорно является основоположником русской школы игры на семиструнной гитаре.

А. Сихра родился в 1773 году в г. Вильно (тепе­решнем Вильнюсе) в семье учителя музыки. В мо­лодости выступал с концертами как арфист, играл на шестиструнной гитаре. Затем увлекся семи­струнной гитарой, которой посвятил всю свою жизнь. В 1801 году музыкант переселился в Мос­кву, где начал создавать репертуар для семиструн­ной гитары и заниматься со своими первыми уче­никами.

Сихра, талантливый музыкант, доброжелатель­ный и обаятельный человек, вскоре стал кумиром многочисленных учеников и поклонников.

После изгнания Наполеона из России Сихра пе­реезжает в Петербург, который не покидает уже до конца своей жизни (умер в 1850 году). Здесь он, уже зрелый музыкант и педагог, создает свою шко­лу игры на семиструнной гитаре…

А. Сихра был не только талантливым, но и вы­сокообразованным музыкантом. Его высоко ценили М. Глинка, А. Даргомыжский, А. Варламов, А. Дю­бюк, Д. Фильд и многие другие деятели отечествен­ной культуры. Знаменитый певец О. Петров учил­ся у Сихры игре на гитаре. Биографический сло­варь Русского исторического общества назвал Сихру «патриархом русских гитаристов». Из его учени­ков наиболее известны С. Аксенов, Н. Александров, В. Морков, В. Саренко, В. Свинцов.

Если Сихра был признан главой петербургской школы семиструнной гитары с характерным для нее строгим «академическим» стилем, то основопо­ложником московской школы по праву считается Михаил Тимофеевич Высотский, жизнь и деятельность которого — еще одна страница в истории рус­ского гитарного искусства.

Из учеников Высотского наибольшую извест­ность получили П. Белошеин, А. Ветров, И. Ляхов, М. Стахович и другие.

Эпоха Сихры и Высотского — «золотой век» русской семиструнной гитары. Ее широкое распро­странение способствовало демократизации музы­кального искусства.

Вариационные циклы русских гитаристов-ком­позиторов созданы на основе русской народной песенности. Этот уникальный пласт русской музы­кальной культуры является важным источником изучения фольклора.

Русская семиструнная гитара, звучавшая в ру­ках талантливых музыкантов, вдохновляла поэтов и писателей на создание прекрасных стихотворных строк.

А. Пушкин назвал гитару «сладкогласной». Слова, полные лиризма, посвященные этому инст­рументу, можно найти и у М. Лермонтова, А. Фета, И. Бунина, А. Григорьева, Л. Толстого, А. Остров­ского, М. Горького.

Гитара изображена на многих картинах русских и западноевропейских художников: В. Тропинина, В. Перова, И. Репина, Ан. Ватто, Б. Мурильо, Фр. Хальса, П. Пикассо и др.

В середине XIX века интерес к гитаре падает не только в России, но и в Европе. Однако в конце XIX — начале XX веков семиструнная гитара начи­нает вновь заявлять о себе. Этому во многом спо­собствовала деятельность музыкантов-энтузиастов, пытавшихся восстановить традиции Сихры и Вы­сотского. Наиболее известными из них были А. Соловьев и В. Русанов.

Выдающийся русский гитарист и педагог Александр Петрович Соловьев (1856—1911)

Александр Петрович Соловьев (1856—1911) — видный исполнитель и педагог. Воспитал многих одаренных учеников, таких, как В. Русанов, В. Ус­пенский, В. Юрьев, В. Березкин и других; создал Школу (издана в 1896 году), которая была лучшей в то время.

Валериан Алексеевич Русанов (1866—1918) — известный историограф и пропагандист русской се­миструнной гитары. Им было организовано издание всероссийского журнала «Гитарист» (1904—1906).

В период после Великой Октябрьской социали­стической революции многое сделали для популя­ризации семиструнной гитары М. Иванов, В. Юрь­ев, В. Сазонов, Р. Мелешко. Ими были созданы школы и самоучители для этого инструмента, ори­гинальные сочинения, обработки и переложения, составлены многочисленные сборники. М, Ивановым написана книга «Русская семиструнная гита­ра». Эти музыканты постоянно выступали как со­листы и аккомпаниаторы в концертах, записыва­лись на грампластинки.

В послевоенные годы выросло новое поколение исполнителей на семиструнной гитаре, которое до­стойно продолжает богатые традиции националь­ной исполнительской школы. Среди них: В. Вави­лов, Б. Окунев, Б. Ким, С. Орехов, А. Агибалов. Ре­пертуар семиструнной гитары пополнился за это время сочинениями композиторов Н. Чайкина, Б. Страннолюбского, Н. Нариманидзе, Н. Речменского, Г. Камалдинова, Л. Бирнова и других.

В наши дни наблюдается растущий в мире ин­терес к русской семиструнной гитаре. Выразим на­дежду, что в дальнейшую историю этого прекрас­ного самобытного музыкального инструмента будут вписаны новые славные страницы.

Примечания

¹ Асафьев Б. Музыкальная форма как процесс. 2-е изд. Л., 1971, с. 257.

Источник: Л. Менро, А. Ширялин. Семиструнная гитара. // Музыкальный альманах. Выпуск 1. Гитара. М., 1989