25 января родился русский советский поэт, автор-исполнитель, актёр театра и кино Владимир Семёнович Высоцкий (1938—1980).

Обложка альбома Владимира Высоцкого «Натянутый канат»

В Советском Союзе Владимир Высоцкий был известен как актёр Московского театра драмы и комедии на Таганке, исполнитель роли Гамлета в трагедии У. Шекспира «Гамлет», Галилея («Жизнь Галилея» Б. Брехта) и Лопахина («Вишнёвый сад» А. Чехова). Не менее популярен был Высоцкий и как киноактёр. Вот некоторые из его киноработ: радист Володя (фильм «Вертикаль», 1966), Максим («Короткие встречи», 1967), Брусенцов («Служили два товарища», 1968), Рябой («Хозяин тайги», 1968), фон Корен («Плохой хороший человек», 1973), Ганнибал («Сказ про то, как царь Пётр арапа женил», 1976), капитан Жеглов («Место встречи изменить нельзя», 1979), Дон Гуан («Маленькие трагедии», 1979). Однако наиболее значительной частью его творческого наследия были и остаются песни собственного сочинения или, по свидетельству самого поэта, стихи, положенные на ритмическую основу, которые Высоцкий исполнял под семиструнную гитару. За свою недолгую жизнь им было создано около 450-ти произведений подобного жанра.

Эту часть творческого наследия Высоцкого, можно назвать, перефразируя известный афоризм Белинского, энциклопедией советской жизни. Действительно, трудно найти реалии советской жизни и советской действительности, чуждые песням Высоцкого, тематика которых поражает своим разнообразием: политический кризис в какой-нибудь стране, приступы мелочной зависти и подлости соседа, спортивные достижения СССР, запой друга, чванство начальников, культ личности Сталина, события Великой Отечественной войны и т.д. и т.п. Песни эти исполнялись от первого лица, от имени маленького советского человека, который со своих позиций анализирует происходящие вокруг него события и соотносит со своим мировоззрением мысли, чувства, суждения и воспоминания других людей. И делается это иногда с юмором и иронией, иногда с надрывом, но всегда с желанием понять и принять то, о чём идёт речь. Наверное, это качество поэзии Высоцкого сделало его кумиром советских людей эпохи Брежнева.

У Высоцкого был ореол легендарности, который создала поэту народная любовь. Да и с точки зрения жизненных норм СССР он был отмечен печатью избранности: ему позволялось уходить в многодневные, если не многонедельные запои; ездить на «Мерседесе» в то время, когда очередь на покупку автомобиля могла продлиться не один год, а ныне презираемый «Запорожец» считался вполне приемлемой машиной; иметь жену-француженку и регулярно выезжать за границу. Вокруг его имени ходило множество легенд и слухов: одни говорили, что Высоцкий — бывший зэк, другие — эмигрант, третьи придумывали ещё более невероятную биографическую версию. На самом деле будущий кумир Советского Союза родился и вырос в обыкновенной по тем временам семье и, по всей видимости, его детство мало чем отличалось от детства многих других московских сверстников. Об этом, много лет спустя, поэт написал в одной из самых популярных своих песен под названием «Баллада о детстве».

Владимир Высоцкий.
Баллада о детстве. Слушать онлайн

[audio mp3="http://www.norma40.ru/sound/vysotskiy/ballada-o-detstve.mp3" ogg="http://www.norma40.ru/sound/vysotskiy/ballada-o-detstve.ogg"]Песня из альбома Владимира Высоцкого «Натянутый канат» (фр. La corde raide), который был записан на студии Polydor Records в 1977 году во время  гастролей Высоцкого во Франции. Аранжировки сделаны Константином Казанским. На мой взгляд, это один самых удачных (помимо гитарного) вариантов музыкального сопровождения песен Высоцкого.

Владимир Высоцкий.
Баллада о детстве. Текст

Час зачатья я помню неточно —
Значит, память моя однобока,
Но зачат я был ночью, порочно
И явился на свет не до срока.

Я рождался не в муках, не в злобе:
Девять месяцев — это не лет!
Первый срок отбывал я в утробе —
Ничего там хорошего нет.

Спасибо вам, святители,
Что плюнули да дунули,
Что вдруг мои родители
Зачать меня задумали

В те времена укромные,
Теперь — почти былинные,
Когда срока огромные
Брели в этапы длинные.

Их брали в ночь зачатия,
А многих — даже ранее,
А вот живёт же братия,
Моя честна компания!

Ходу, думушки резвые, ходу!
Слова, строченьки милые, слова!..
Первый раз получил я свободу
По указу от тридцать восьмого.

Знать бы мне, кто так долго мурыжил, —
Отыгрался бы на подлеце!
Но родился и жил я, и выжил:
Дом на Первой Мещанской — в конце.

Там за стеной, за стеночкою,
За перегородочкой
Соседушка с соседочкою
Баловались водочкой.

Все жили вровень, скромно так —
Система коридорная:
На тридцать восемь комнаток —
Всего одна уборная.

Здесь на зуб зуб не попадал,
Не грела телогреечка,
Здесь я доподлинно узнал,
Почём она — копеечка.

…Не боялась сирены соседка,
И привыкла к ней мать понемногу,
И плевал я, здоровый трёхлетка,
На воздушную эту тревогу!

Да не всё то, что сверху, — от Бога,
И народ «зажигалки» тушил;
И как малая фронту подмога —
Мой песок и дырявый кувшин.

И било солнце в три луча,
Сквозь дыры крыш просеяно,
На Евдоким Кириллыча
И Гисю Моисеевну.

Она ему: «Как сыновья?» —
«Да без вести пропавшие!
Эх, Гиська, мы одна семья —
Вы тоже пострадавшие!

Вы тоже — пострадавшие,
А значит — обрусевшие:
Мои — без вести павшие,
Твои — безвинно севшие».

…Я ушёл от пелёнок и сосок,
Поживал — не забыт, не заброшен,
И дразнили меня «недоносок»,
Хоть и был я нормально доношен.

Маскировку пытался срывать я:
Пленных гонят — чего ж мы дрожим?!
Возвращались отцы наши, братья
По домам — по своим да чужим…

У тёти Зины кофточка
С драконами да змеями —
То у Попова Вовчика
Отец пришёл с трофеями.

Трофейная Япония,
Трофейная Германия…
Пришла страна Лимония,
Сплошная Чемодания!

Взял у отца на станции
Погоны, словно цацки, я,
А из эвакуации
Толпой валили штатские.

Осмотрелись они, оклемались,
Похмелились — потом протрезвели.
И отплакали те, кто дождались,
Недождавшиеся — отревели.

Стал метро рыть отец Витькин с Генкой,
Мы спросили: «Зачем?» — он в ответ:
Мол, коридоры кончаются стенкой,
А тоннели выводят на свет!

Пророчество папашино
Не слушал Витька с корешем —
Из коридора нашего
В тюремный коридор ушёл.

Да он всегда был спорщиком,
Припрут к стене — откажется…
Прошёл он коридорчиком —
И кончил «стенкой», кажется.

Но у отцов — свои умы,
А что до нас касательно —
На жизнь засматривались мы
Уже самостоятельно.

Все — от нас до почти годовалых —
«Толковищу» вели до кровянки,
А в подвалах и полуподвалах
Ребятишкам хотелось под танки.

Не досталось им даже по пуле,
В «ремеслухе» — живи да тужи:
Ни дерзнуть, ни рискнуть… Но рискнули
Из напильников делать ножи.

Они воткнутся в лёгкие
От никотина чёрные,
По рукоятки — лёгкие
Трёхцветные наборные…

Вели дела обменные
Сопливые острожники —
На стройке немцы пленные
На хлеб меняли ножики.

Сперва играли в «фантики»,
В «пристенок» с крохоборами,
И вот ушли романтики
Из подворотен ворами.

…Было время — и были подвалы,
Было дело — и цены снижали,
И текли, куда надо, каналы,
И в конце, куда надо, впадали.

Дети бывших старшин да майоров
До ледовых широт поднялись,
Потому что из тех коридоров
Им казалось: сподручнее вниз.

1975

Владимир Высоцкий.
Альбом «Натянутый канат»

[Show as slideshow]

Константин Маковский (1839—1915). Святочное гадание (1900-е)

Многие из нас со школьной скамьи помнят балладу русского поэта Василия Андреевича Жуковского (1783—1852) «Светлана» (1808—1812). Вот её начало.

Раз в крещенский вечерок
Девушки гадали:
За ворота башмачок,
Сняв с ноги, бросали;
Снег пололи; под окном
Слушали; кормили
Счетным курицу зерном;
Ярый воск топили;
В чашу с чистою водой
Клали перстень золотой,
Серьги изумрудны;
Расстилали белый плат
И над чашей пели в лад
Песенки подблюдны.

Из него понятно, что действие баллады происходит в Крещенский сочельник — «крещенский вечерок», а девушки заняты одним из самых таинственных святочных обрядов — обрядом гадания. В старину он был популярен среди людей, которые хотели узнать, что их ждёт в будущем, но, главным образом, к нему прибегали незамужние девушки, стараясь предсказать, скоро ли им идти под венец, и каким будет их суженый. Для этого применяли различные виды гаданий, самые значительные из которых упомянул Жуковский. Попытаемся немного рассказать о каждом из них.

За ворота башмачок, сняв с ноги, бросали

Девушки выходили во двор, снимали с левой ноги баш­мак и кидали его за ворота на улицу, чтобы уз­нать, где живёт суженый, а потом смотрели, в какую сторону он обращен носком. Куда ляжет носком, в ту сто­рону будет отдана замуж кидающая. Если же башмак лежал носком к воротам, из которых его выкинули, это означало, что в наступившем году девушке суждено жить дома и не выходить замуж.

Снег пололи

В этом гадании участвовал не только снег, но и скатерть, которую девушки выносили на двор, взяв за края, разворачивали и насыпали в неё немного снега. Затем, раскачивая скатерть и подбрасывая снег, приговаривали: «Полю, полю бел снег среди поля. Залай, залай, собаченька; дознай, дознай, суженый!» Произнося эти слова, каждая девушка прислушивалась к лаю собак. Хриплый лай означал, что муж будет стариком, звонкий — молодым, а густой — вдовцом.

Под окном слушали

Девушки ходили по деревне, останавливаясь под окнами или у дверей чужих домов и прислушиваясь к разговору. По нему определяли характер будущего мужа. Весёлый разговор сулил весёлого мужа, скучный — зануду, нетрезвый — мужа-пьяницу. Кроме того, имел значение и возраст собеседников, по которому делали вывод о том, будет ли муж старым или молодым.

Бывало и так, что наиболее отважные девушки в полночь, когда не было службы, подходили к церкви, стараясь услышать за церковным дверями и окнами какое-либо пение. Если гадальщице представлялось, что она слышит венчальное пение, то это означало скорое замужество; а если «со святыми упокой» — смерть в наступающем году.

Кормили счетным курицу зерном

Данное гадание заключалось в следующем. Снимали с насеста курицу и давали ей поклевать зерно. Затем зерно пересчитывали. Если число оказывалось парным (чётным), это означало скорое замужество, в противном случае гадальщице предстояло сидеть в девках до следующего года.

Ярый воск топили

Гадание на воске было очень употребительным во время святочных вечеров. Оно совершалось следующим образом. Растапливали воск и вливали его в стакан с холодною водою. Затем сведущий в гадании человек (обычно старая нянюшка или ворожея) делал предсказания по образовавшимся фигуркам: нечто похожее на церковь означало венчание, на яму или пещеру — смерть.

Песенки подблюдны

Во время святочных вечеров одним из самых рас­пространенных было подблюдное гадание. Девушки собирались в какой-нибудь избе, складывали свои кольца или любой другой предмет («перстень золотой, серьги изумрудны») в блюдо, наполненное водой, («чашу с чистою водой»), накрывали его платком («расстилали белый плат») и исполняли специально предназначенные для гадания песни («над чашей пели в лад песенки подблюдны»). После каждой такой песенки блюдо встряхивали, украшения перемешивались, и одна из девушек, пытаясь узнать свою судьбу, наугад вынимала из блюда одно из них. Если оно принадлежало гадальщице, это говорило о том, что слова песни сбудутся; если же украшение было чужим, то и слова песни к ней не относились. В балладе Жуковский использовал одну из самых распространённых подблюдных песен. Вот один из её оригинальных вариантов.

Подблюдная песня «Идет кузнец из кузницы»

Идет кузнец из кузницы.
«Ты кузнец, ты кузнец!
И ты скуй мне венец!
Из остаточков мне
Золот перстень,
Из обрезочков мне
Булавочек.
Уж и тем-то мне венцом
Венчатися,
Уж и тем мне кольцом
Обручатися,
Уж и теми булавками
Притыкатися».
Уж кому же мы спели,
Тому добро.
Кому вынется,
Скоро сбудется,
Не минуется.

Зеркало с свечою

Картина Карла Брюллова (1799—1852) «Гадающая Светлана» (1836), Художественный музей, Нижний Новгород.

Но самым отчаянным и самым, по всеобщему мнению, действенным было гадание с зеркалом и свечою. Не случайно героиня баллады Жуковского решается на него после года разлуки с милым другом, когда от него нет никаких вестей.

Для данного гадания выбирали какое-нибудь темное, уединённое помещение, в котором на стол ставили зеркало, а перед ним зажженную свечу. Гадающая девушка садилась за стол и смотрела через свечу в зеркало, где старалась увидеть своего суженого, произнося: «Суженый, ряженый покажись мне в зеркале!»

Иногда для этих целей применяли не одно, а два зеркала: стоящее на столе и стенное зеркало. Направленные друг на друга они образовывали нечто, напоминающее длинный коридор, освещенный огнями. Зеркала должны были быть безукоризненной чистоты, без пузырей и других изъянов. Затем из комнаты выгоняли кошек, собак и птиц, а также просили удалиться посторонних людей. Оставшиеся, соблюдая тишину и глубокое молчание, стояли в стороне. От них требовалось не смотреть в зеркало, не подхо­дить к гадающему лицу и не разговаривать. Гадающая девушка должна была смотреть в зеркало пристально и неподвижно, направляя свой взор в конец представившегося ей коридора.

Нередко суженого приглашали разделить трапезу со своей любезной, поставив на стол всё необходимое кроме вилок и ножей: два прибора, хлеб, соль и ложки. Все окружающие выходили, а девушка, оставшись одна, запирала двери и окна, садилась за стол и начинала ждать суженого, произнося: «Суженый, ряженый приди ко мне поужинать!»

Вот в светлице стол накрыт
Белой пеленою;
И на том столе стоит
Зеркало с свечою;
Два прибора на столе.
«Загадай, Светлана;
В чистом зеркала стекле
В полночь, без обмана
Ты узнаешь жребий свой:
Стукнет в двери милый твой
Легкою рукою;
Упадет с дверей запор;
Сядет он за свой прибор
Ужинать с тобою».

Самое интересное начиналось в полночь, когда вызванный поневоле суженый приходил в гадательную комнату и смотрел в зеркало через плечо своей избранницы. При его приближении нередко завывал ветра, а иногда доносился и смрадный запах. Девушка рассматривала черты лица и одежду призрака и даже иногда спрашивала его имя.

Подпершися локотком,
Чуть Светлана дышит…
Вот… легохонько замком
Кто-то стукнул, слышит;
Робко в зеркало глядит:
За ее плечами
Кто-то, чудилось, блестит
Яркими глазами…
Занялся от страха дух…
Вдруг в ее влетает слух
Тихий, легкий шепот:
«Я с тобой, моя краса;
Укротились небеса;
Твой услышан ропот!»

Ошибка Светланы заключалась в том, что она пренебрегла правилами «техники безопасности» при гадании. Во-первых, она должна была очертить зажженною в сочельник лучинкою круг;  во-вторых, ни в коем случае не оглядываться, в-третьих, чтобы избежать затянувшегося визита, зачурать гостя, произнеся: «Чур меня! чур моего места! чур моей загадки!» Иначе привидение вытворяло всяческие проказы, а при чурании оно должно было исчезнуть. И, наконец, на крайний случай (если не поможет зачурание) Светлане было необходимо взять с собой петуха, пение которого, по мнению многих гадателей, имело способность отпугивать пришельцев с того света. Кстати говоря, данное поверье, по всей видимости, было известно Жуковскому. Эпизод в избушке, когда Светлана находится одна с угрожающим ей мертвецом, имеет сходство с сюжетом некоторых северных русских сказок, где героине в подобной ситуации помогает петух. Правда, Жуковский ввёл в повествование более «поэтичную» птицу — голубя.

Как известно, баллада имеет счастливый конец. Ночные кошмары оказываются сном, Светлана пробуждается и видит жениха: «статный гость к крыльцу идет», «та ж любовь в его очах». Но это в произведении поэта-романтика. В жизни всё намного сложнее.

Источники:
Жуковский В. А. Баллады. Поэмы и сказки. М., 1982.
Забылин М. русский народ, его обычаи, обряды, предания, суеверия и поэзия. М., 1990.
Сахаров И. П. Сказания русского народа. Т. I. С.-Петербург, 1885.

Советский композитор Евгений Николаевич Птичкин (1930—1993)

Песня «У беды глаза зелёные» впервые прозвучала в вышедшем в 1979 году на экраны СССР фильме Владимира Шамшурина «Опасные друзья», который рассказывает о жизни уголовников на территории трудового исправительного учреждения, т. е. на «зоне» (весьма странно услышать в таком фильме лирическую балладу, отличную от блатной лирики, не правда ли?).

Фильм с его откровенным идеологическим посылом советской пропаганды, честно говоря, слабоват. И, наверное, о нём бы никто не вспомнил в наше время, если бы не песня «Сон-трава» (таково её авторское название), написанная композитором Птичкиным (1930—1993) на стихи Татьяны Коршиловой (1946—1982).

Советская журналистка, телеведущая, поэтесса Татьяна Владимировна Коршилова (1946—1982)

Что и говорить, редко когда на долю композитора выпадает такой успех — написать воистину народное произведение, потому что песня «У беды глаза зелёные», впервые исполненная в фильме Сергеем Беликовым, продолжает оставаться одной из самых исполняемых не только на профессиональной сцене, но и в кругу музыкантов-любителей.

Слушать песню «У беды глаза зелёные» онлайн

Кадры из фильма «Опасные друзья». Режиссёр: Владимир Шамшурин.
В ролях: П. Вельяминов, Л. Прыгунов, Г. Тонунц, А. Тришкин, А. Ванин, Т. Сёмина, В. Носик и другие.

Песня «У беды глаза зелёные». Табулатура в формате Guitar Pro

Песня «У беды глаза зелёные» Евгения Птичкина на стихи Татьяны Коршиловой. Табулатуру песни в формате Guitar Pro 5 можно скачать здесь: Е. Птичкин, Т. Коршилова. Песня «У беды глаза зелёные». Смотрите также: Песня «У беды глаза зелёные». Текст. Аккорды. Информация о фильме «Опасные друзья». Биография авторов песни