«Закон о защите прав потребителей» Российской Федерации говорит, что

Изготовитель или продавец обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах.

а информация эта

в наглядной и доступной форме доводится до сведения потребителей на русском языке или на государственных языках субъектов Российской Федерации и родных языках народов Российской Федерации.

Однако в реальности дело обстоит куда более интереснее.

Вот как описывает свой товар одна из фирм. Речь идёт о зимних мужских ботинках

Что тут ещё сказать? Остаётся только строить предположения: либо так говорит один из субъектов Российской Федерации, либо это родной язык одного из её народов. А если так, то можно ли его считать диалектом русского?

Русский язык настолько своеобразен, что точный перевод с него на другие языки практически невозможен.

Конечно, не вызывает никакого сомнения, что своеобразие является свойством любого языка, а разговоры о фотографической точности перевода суть непрофессиональный трёп, но всё-таки: возможно ли, не впадая в формализм, сохранить при переводе вкус и непосредственность первоисточника?

Возьмём слова, связанные с традиционно русским времяпровождением, слова алкогольной тематики — глаголы «пропить» и «недоперепить» — и попробуем перевести их на английский язык. При переводе получатся следующие предложения.

He drank it away (Он это пропил).
He underdrank it over (Он недоперепил).

С глаголом «пропить» всё оказалось достаточно просто: и морфологическая, и смысловая близость к английскому слову “drink away” очевидна; но вот с глаголом «недоперепить» дело обстоит намного сложнее.

Конечно, с формальной точки зрения фраза “He underdrank it over” безупречна, но как объяснить иностранцу, что бывает такое состояние, когда человек «выпил больше, чем мог, но меньше, чем хотел»? Что одно и то же качество может проявляться одновременно и в большой, и в малой степени?

Для того чтобы это понять и прочувствовать, нужно обладать сознанием русского человека.